Домик тетушки лжи

Либо подросток смотрит по телику только мультики про Бивиса и Батхэда, потому что тому, кто хоть раз видел криминальные истории, сразу станет понятно: здесь искали нечто, причем не слишком большое, раз вытряхнули содержимое банок с припасами. Ну, согласитесь, ежели, к примеру, у Кости хотели отнять компьютер или музыкальный центр, размер ущерба был бы иным… Впрочем, что бы бандиты ни искали, этого они не нашли. Почему я пришла к такому выводу? Да очень просто. Ведь «братки» увели Костю с собой… Вот только не пойму, специально ли он сопротивлялся или знал, что отдавать спрятанное нельзя ни в коем случае? Человек, который утаивает нечто от криминальных структур, жив только до тех пор, пока молчит.

В полной растерянности я спустилась вниз, плюхнулась в «Рено» и принялась бездумно включать и выключать радио. Что стряслось у Кости? Что прятал парень? Деньги? Наркотики? С каким криминальным бизнесом связался мальчишка? И что делать? Сообщить Дегтяреву? Только не самой!

Посидев минут десять в машине, я поднялась наверх и опять позвонила Леше.

– Теперь что? – «вежливо» спросил мальчик.

Я протянула ему телефон.

– Позвони по этому номеру, попроси Александра Михайловича и расскажи про Костю.

– Зачем?

Я опять вытащила бумажник. Подросток мигом начал набирать цифры. Оповестив полковника, я со спокойной совестью вернулась в машину. Вчера Костя обмолвился, что Поля пришла на вечеринку к Лене Ракитину с новым кавалером.

Леня Ракитин тоже живет в этом доме, он учился в школе на один класс младше Полины, а его старшая сестра Катька давным-давно, когда я еще была вынуждена давать частные уроки, брала у меня уроки французского. Ракитиных мне подсунула Нинка, она сама не рисковала готовить детей для поступления в вуз, а мне было все равно, чем заниматься, лишь бы платили денежки.

ГЛАВА 11

Номера квартиры Ракитиных я не помню, зато великолепно знаю, как идти к ним.

Ноги сами понесли меня по знакомой дороге. Дверь открыла Катька.

– Даша? – удивилась она. – Вот приятный сюрприз.

Странное дело, но все мои ученики через два-три занятия отбрасывали отчество и начинали звать меня по имени. Впрочем, никто из знакомых не обращается ко мне официально-тяжеловесно: Дарья Ивановна.