Чужая роза

Как успокоить мать, потерявшую своего ребенка? Какими словами утешить? Нет их, этих слов. И быть не может.

Вокруг Бьянки суетились кухарка и ее помощницы. Козима гладила мать Джунио по спине своей огромной ручищей и что-то приговаривала гудящим басом, но несчастная женщина никого не слышала и не видела, замкнувшись в своем горе.

– Джунито, мальчик мой, – причитала она, уставившись в одну точку опухшими, заплаканными глазами. – Погубили тебя! Погуби-и-или! Это все он, дьявольский приспешник. Это он виноват, – голос Бьянки зазвучал громче.

– Тише, тише, – испуганно шикнула на Бьянку кухарка Сильвия. – Что ты такое плетешь? Совсем ума от горя лишилась, – пояснила она остановившемуся неподалеку помощнику дознавателя.

Тот нахмурился, разглядывая несчастную мать, и в его черных, похожих на угли глазах мелькнуло подозрение.

– Ньора, вы знаете, кто убил вашего сына? – Помощник подошел ближе.

– Служитель дьявола! – громко выкрикнула Бьянка, и ее лицо исказила мучительная гримаса. – Он моего сыночка погубил!

– О ком вы? – не отступал помощник дознавателя. – Назовите имя.

– Да что вы ее слушаете, ньор дознаватель? – поспешно перебила Сильвия. – Видите, несчастная мать от горя рассудка лишилась, сама не знает, что говорит!

– Знаю я, что говорю, – с неожиданной злобой выплюнула Бьянка и взмахнула руками, тыча ими в потолок. – Все он, изверг проклятый, виноват! Я сама дьявольское пламя видела, своими собственными глазами! Как сыночка моего убил, так и воспылал адским огнем.

Бьянка вскочила с лавки, но уже спустя секунду выгнулась, упала на пол и забилась в судорогах. Изо рта несчастной хлынула белая пена."

"– Святые Аброзио и Винченцо! – воскликнула Козима. – Что вы стоите? Несите ее к лекарю! – напустилась она на работниц. – Да скорее же!

Служанки засуетились, подняли тщедушную Бьянку и понесли ее к выходу, а та выгибалась и громко выкрикивала непонятные обвинения.

– Бедная Бьянка, – вздохнула стоящая рядом со мной Дрина. – Совсем обезумела от горя. И то, не приведи Создатель, единственное дитя потерять!

Я вздохнула и подумала о Беттине. Святая Лючия, сохрани мою девочку от всякого зла! Если с ней что-то случится…

Взгляд остановился на застывшем посреди кухни помощнике дознавателя. Тот смотрел на печальную процессию, и в его глазах явственно отражалась какая-то мысль.