Черная вдова, или Ученица Аль Капоне

Вот же сучка…

Назавтра в офис к Марине влетел Розан – его вызывал к себе Малышев, пытался выяснить, что произошло между женой и его драгоценной лахудрой. Узнав, просил передать извинения.

– Мне это безразлично, – сообщила Коваль таким тоном, что Розан засомневался – а все ли у нее в порядке с головой. – Одна проблема – теперь, даже если эта курица подхватит насморк, виноватой останусь я, о чем немедленно напишут все газеты.

Она даже в тот момент не представляла, насколько близка к истине. Через неделю «Ауди» Малыша перевернулась на дороге, встав на крышу.

Коваль молчала, никак не реагируя на эти нападки. Да и зачем? А Розан, сидя вечером у Марины на кухне и разглядывая газетный снимок места аварии, вдруг изрек:

– Что-то странно лежит эта машинка.

– В смысле? – не поняла Коваль, погруженная в свои мысли.

– Очень аккуратно, даже с трассы не сошла. Смотри, все словно рассчитано по сантиметрам, ювелирная работа.

– Ты хочешь сказать, что это подстроено? – удивилась она, подходя и тоже заглядывая в газету. – Но как?

– Уж не знаю, я там не был. Но при обычном раскладе и скорости ее должно было выбросить с трассы в кювет, – твердо сказал Розан.

Его слову вполне можно было доверять – Серега Розанов в свое время был неплохим автомобильным аферистом и проворачивал такие мероприятия, что в милиции за голову хватались.

– Да, Коваль.

– Какой официальный тон! Прям будто в офисе на звонок отвечаешь, – усмехнулся Малыш.

– Что тебе надо? Звонишь обвинить меня в своей аварии?

– Я не хуже твоего знаю, что ты не делала этого! – заорал он.

– Как твое здоровье? – непроизвольно вырвалось у Коваль.

– Нормально! – усмехнулся он. – Теперь у меня шрам во весь лоб, как и у тебя.

Повисло молчание, но положить трубку первым никто из них не решался.

– Девочка моя, как ты живешь без меня? – наконец спросил Егор.

– Как жила.

– Тебе так лучше, легче?

– Не знаю. Я не думаю об этом. И… можно вопрос? – решилась Марина расставить все точки, раз уж так.