Бездушный

А о себе. Что, черт побери, со мной творилось? Казалось, еще немного, и я слечу с катушек. Ее киска завладела мной, хотя я ее даже не пробовал на вкус. А в голове набатом звучала лишь одна мысль: «Я хочу заполучить ее». И очень жаль, что все эти чувства оказались привязаны к маленькой надоедливой дурочке.

– Пока? – Дин хмыкнул, а его руки задрожали еще сильнее. – Пока я не пересплю с ней? С чего ты, черт побери, взял, что этого еще не произошло?

Он захихикал, отчего меня тут же накрыло волной раздражения и злости.

Вот почему во время таких упражнений кто-то должен страховать тебя. Но я не собирался помогать ему.

Вместо этого я обхватил штангу и осторожно прижал к его горлу. Его глаза широко распахнулись.

– Я бы не стал на твоем месте со мной связываться, Коул, – тихо предупредил я сквозь стиснутые зубы, хотя в глазах все еще не отражалось ни единой эмоции. – Меня не зря прозвали Вишесом.

– Я отправлюсь за ней, какой бы университет она ни выбрала, ублюдок. А если она останется здесь, то и я никуда не уеду. Она моя.

Я надавил сильнее. О чем, черт возьми, он говорил? Дин хотел остаться здесь? Я не мог этого допустить. Но и заставить его уехать без нее тоже.

– Лжец, – кипя от злости, выплюнул я. Чертов Дин. – Не смей, черт побери, мне лгать, Дин.

– Подожди и увидишь.

Его шея покраснела, но даже это не успокаивало меня.

Я надавил еще сильнее, отчего Дин стал задыхаться, а люди начали поворачиваться в нашу сторону.

– Дин… – начал я, бросив на него предупреждающий взгляд.

Парни вокруг прекратили тренировку и уставились на нас. Все. Краем глаза я заметил, как Джейми и Трент проталкиваются к нам, и понял, что время для разговора заканчивается.

– Вишес… – дерзнул ответить Дин с улыбкой на лице.

Когда Джейми оставалось лишь пару шагов до нас, я развернулся и направился к выходу, оставив Дина лежать со штангой на горле.

А я устал от этого засранца. Зверски устал.

* * *Он переспал с ней.

И ему это понравилось.

Держу пари, и ей тоже.

Это произошло во время выходных на спа-курорте, куда они отправились отмечать ее восемнадцатилетие. Эмилия потеряла девственность меньше чем за сутки до того, как это разрешено законом. Происходящее сопровождалось свечами, шоколадом и прочим причудливым дерьмом, которое не имело для нее никакого значения.