Адвокат киллера

Из-за идеально симметричного расположения мебели возникает ощущение, что находишься в искусственной реальности. Я чувствую себя героем видеоигры. Какого-нибудь ужастика. Проникла в особняк с привидениями, где в любой момент мне вцепятся в горло.

Обходными путями мы пробираемся к кабинету. Виктор передвигается по резиденции так, словно знает ее наизусть, и, не удержавшись, я спрашиваю его об этом.

– У меня есть карта первого этажа, – бормочет он и резко подносит палец к моему рту, когда я собираюсь задать еще один вопрос.

Ладно, намек понят. Домушник из меня отвратительный.

Мы добираемся до цели.

Пока Виктор взламывает замок, я сторожу его, обнимая себя дрожащими руками. С каждой секундой сердце колотится быстрее. Пространство коридора сжимается, а тени на стенах расширяются и нависают над нами кровожадными монстрами.

Замок наконец-то подается.

– Где люк? – шепчет Виктор.

Я обхожу бильярдный стол, веду мужчину во вторую комнату.

– Вот, – сдвигаю медвежью шкуру на полу. – Он заперт.

Шестирко садится, перебирает ключи Лео, которые я отдала.

– Может, лучше отмычкой? – интересуюсь я.

– Слишком сложный механизм. Сначала ключами попробую. А ты сторожи.

Я возвращаюсь в гостевую комнату, опираюсь задом о бильярдный стол. Не свожу взгляда с двери. Мы заперли ее изнутри, и моя задача не так страшна – просто следить, чтобы никто не начал к нам ломиться.

Однако воздух в кабинете наполнен тягостным ожиданием. Угрозой. Запертая дверь скалится узорами, будто собирается откусить мне голову.

С-скр!

Трск…

Я замираю.

Резко разворачиваюсь.

Никого…

Но был какой-то скрип. Такой же я слышала у лестницы в подвалы, когда первый раз попала в резиденцию. Меня бросает в холодный пот. В комнате темно. Фонарик у Виктора. Свет включать нельзя: в окно будет видно, что здесь кто-то есть.

Я достаю из кармана телефон и подсвечиваю стены. Углы. Диван. Стол. Шкафы…

Выдыхаю. Я одна. В тишине.

Стоп…

Стоп, твою мать!

А почему я не слышу Виктора, который все это время позвякивал ключами?

Я делаю шаг в комнату и раскрываю рот, потому что вижу размякшее тело Шестирко у люка.

В мою ногу вонзили шприц.

Стены танцуют вальс. Я падаю на колени, чувствую прохладные доски, которых касаюсь щекой. Мир рассыпается…

Глава 41

В сознание я прихожу постепенно.

Зрение возвращается не сразу: пространство плывет мутными очертаниями. Тело ноет.