А мы с тобой не чужие (СИ)

Вечерняя прохлада на живописной аллее пахнет пожухлой травой и ускользающим летом, а близость Новикова именно сейчас почему-то делает меня бесконечно счастливой. Я без зазрения совести сжимаю его локоть, и мы медленно идем мимо красивого фонтана в сторону «Синнабона», где продают вкусные булочки и кофе.

— Красиво у вас, — срывается у меня восторг. — Не даром этот стройкомплекс так отчаянно рекламировали в период постройки.

— На данный момент здесь недвижимость стоит бешеных денег, — согласно кивает Новиков. — Я не жалею, что решился на покупку еще в самом начале строительства.

Как будто подтверждая его слова, одна из стильно оформленных арок вспыхивает приятным теплым светом. А за ней загораются вокруг всевозможные фонари. Даже фонтан переливается разноцветными огнями.

— Волшебство, да? — Андрей игриво толкает меня локтем.

— Волшебство, — не могу с ним не согласиться.

— Кстати, ты веришь в существование фей? У нас здесь живет парочка. Если долго любоваться фонтаном, можно их увидеть.

Улыбаюсь. Живет здесь не фея, а предательница Юля, которая украла у меня мужа и имя у моей дочери.

Мы медленно прогуливаемся по аллее. Почему-то впервые за наше долгое знакомство мы делаем это молча.

Почти осенняя прохлада холодит кожу, в траве громко поют сверчки, а я почему-то думаю, что наши с Новиковым отношения идеально повторяют это место — они яркие и похожи на окружающее нас волшебство, ведь никогда не знаешь, где вспыхнет или прорвется в очередной раз.

Вот и кафе. Андрей придерживает дверь и пропускает меня внутрь.

В «Синнабоне» в этот вечерний час не много народа. Одна парочка сидит у окна, и еще семья в центре зала.

— Выбирай столик, я закажу нам горячий шоколад, — предлагает Андрей.

Все же осторожность берет вверх, и я указываю на самый дальний столик у стены.

— Мне шокобон, — прежде чем отправиться к столику, поворачиваюсь к нему.

— Почему-то я так и подумал, — кивает он.

И вот мы уже сидим за столиком с горячим шоколадом в больших белых чашках и коробкой, из которой идет бесподобный аромат истекающих шоколадной и карамельной начинками шокобона и пекабона.

— Хорошо, что ты пришла, — признается Новиков. — Не думал, что одиночество — это так страшно.

Я инстинктивно накрываю его руку своей.

— Тебе надо было мне сказать. Я бы помогла тебе с похоронами.

Он качает головой.

— Я не хотел тебя отвлекать. У тебя семья, сын, ты так просила отпуск.