Жилец. Смерть играет

Может, вы не обратили внимания, что между черным и парадным входом расположен весьма высокий забор. Я лично проверил и убедился, что через него нельзя ничего увидеть, а эта женщина роста невысокого.

Он встал.

— Завтра в десять утра, — сообщил он деловито, — заедем в отель к мистеру Сефтону и отвезем его в морг для официального опознания тела. Затем сможем принять от него показания. Шеф назначил конференцию на двенадцать дня. Спокойной ночи.

Сержант Тейт вернулся домой угрюмым и недовольным.

— Этот инспектор ошибается насчет дела, — доверительно поведал он жене, раздеваясь, чтобы лечь в постель.

 — Совершенно ошибается, с начала и до конца.

— Вот как? А что же именно он думает? — невинно поинтересовалась миссис Тейт.

— Будь я проклят, если знаю, — признался супруг. — Но попомни мои слова, Фло, что бы он ни думал, это все не так!

На следующее утро, без десяти десять, от полицейского участка отъехала машина в направлении «Красного льва» — все приезжающие в Маркгемптон знали, что это главный отель города.

Инспектор Тримбл велел отправляться на десять минут раньше, хотя, по своему обыкновению, не потрудился объяснить своему сержанту, по каким причинам. Объяснение появилось, когда по прибытии в отель Тримбл, вместо того чтобы дать знать о своем появлении Сефтону, послал за метрдотелем и вовлек его в десятиминутный разговор. Тейт неохотно признался себе, прислушиваясь к их беседе, что инспектор способен видеть сквозь кирпичную стену.

Затем метрдотель распорядился найти Сефтона, и они немедленно отбыли в морг.

Осиротевший супруг перенес церемонию опознания довольно стойко. Он был бледным и спокойным, хотя напряженно стиснутые скулы давали понять, чего ему стоило сдерживаться. Когда процедура осталась позади, инспектор сказал:

— Мне нужно получить от вас, сэр, заявление для коронера. Это сэкономит вам время и хлопоты во время следствия, когда вы придете, чтобы дать показания в суде. Это чистая формальность. Если вы не возражаете заехать в участок…"

"Сефтон не возражал и по приезде в участок был водворен в самое удобное кресло в кабинете.

Ему была предложена сигарета из коробки, которую инспектор держал у себя на столе для своих визитеров, не таких выдержанных, как он сам. И вообще обращались с мужем убиенной с тем почтением и сочувствием, которые, безусловно, соответствовали ситуации. Тейт скрепя сердце признал, что это было очень хорошей постановкой, если вам вообще нравилось вести себя таким образом.