Затишье перед штормом

Эта проклятая Бенедикте… И еще трое."

"Тенгель Злой тяжело вздохнул. Густая вонючая пыль, поднявшаяся от этого вздоха, заполнила весь овраг. Несчастная сойка замертво упала на землю, со ствола ели обвалилась кора…

Эти трое…

Люди Льда надежно упрятали эту троицу с глаз Тенгеля. Одну из них, Тову, Тенгель чуть было не схватил. Ей удалось улизнуть в последний момент. А ведь сначала она во всем поддерживала Тенгеля Злого. Но презренным удалось заболтать ее, и она перешла в лагерь врагов. Чертова баба!

Тан-гиль никогда не выбирал выражений.

Да, еще двое…

На одного из них Люди Льда ставили больше всех. Тенгель даже как-то видел его. Как, бишь, звали того мерзавца? Натаниель!

Этого бояться нечего. Трус. Испугался показаться на глаза.

А вот второй… Тенгель даже вздрогнул. Второй был намного хуже. К своей жесточайшей досаде Тенгель ничего не знал об этом втором кроме того, что это мужчина. Все виделось как в тумане. Может, их даже двое или трое? Вряд ли.

Этот последний смог так надежно укрыться от глаз Тенгеля, что последний только чувствовал присутствие врага. В тот раз, когда он встретил Тову и мельком видел Натаниеля в небе над Японией, в тот раз Тенгель почувствовал, что поблизости есть кто-то еще. Что-то неясное привиделось ему тогда в тумане. Но кто или что это было, Тенгелю так и не удалось узнать.

Нет. Вряд ли тот, неизвестный, был один. Их должно было быть несколько. Ни один живой не мог бы прожить более ста лет и до сих пор не умереть! Их должно быть несколько.

Впрочем, не так важно кто он. Важно, что он опасен. На протяжении последнего столетия он не один раз вставал на пути Тенгеля. И разрушал то, что Тенгель считал нерушимым. Как, скажем, Нертус-Тур. Лучше союзника Тенгелю было не найти. Или… Стыд и позор: Хейдрик, в образе которого появлялся Тенгель. Даже в образе Хейдрика Тенгелю ни разу не удавалось увидеть своего нового противника.

Звери в страхе бежали от грота, в котором нашел пристанище Тенгель. Инстинкт подсказывал им, что лучше держаться подальше от этого места.

Тенгель решил думать о чем-нибудь более приятном. Надо было успокоиться.

И он стал вспоминать своих помощников. И злобно рассмеялся.