Заявление на увольнение

Не помню тех, кто был до тебя, — он поворачивает меня к себе и посмотрит на меня каким-то новым неизвестным мне взглядом.

В этот момент мое сердце внутри делает кульбит и разрывается на части.

— Арина…

— Нет. Не надо ничего говорить, — я прижимаю палец к его губам.

Осмелела, ешкин дрын!

На самом деле, я просто не хочу больше ничего слышать. Не хочу портить такой красивый момент. Если чему-то и суждено закончится, то пусть это будет вот так как сейчас. Красиво. Без лишних слов и грустных расставаний.

Мужчина убирает мой палец со своих губ и приподнимаясь садится рядом со мной.

— Арина, я понимаю, что возможно ты к этому морально не готова, но выбора у тебя нет. Тебе придется принять эту правду и научится с ней жить.

У меня внутри все холодеет от его слов.

— Как бы тебя это не огорчало, но нам теперь придется быть вместе, — Тим обнимает меня, его руки ложатся на мою талию, опускаются к бедрам, и он медленно целует мое плечо.

Я чувствую, как мои глаза начинает щипать. Мне так хорошо, что хочется плакать.

Я в этой жизни плачу и от радости, и от горя. Плачу, когда смотрю мелодраму или слышу грустную песню. Мне вообще заплакать, как дураку с горы скатится.

— А как же Алиса… И твои родители… Они не примут меня.

— К черту Алису! Между нами, ничего нет. И от мнения родителей тоже ничего не зависит. Я взрослый мальчик, Арина. Я сам строю свою жизнь и решать с кем мне быть тоже буду сам, — у него такой ровный, твердый голос.

Мне хочется верить ему.

Мужчина проводит носом по изгибу моей шеи, от его теплого дыхания по моей коже бегут толпы мурашек.

Прям змей искуситель!

Проводит рукой по коже и улыбается. Сейчас я готова растаять от его улыбки.

— Я не смогу без тебя, Арина, — говорит серьёзно так.

Конечно сможет. Я это понимаю. И он это понимает. Мы вообще все друг без друга можем. Просто, тогда мы становимся другими.

— Это будет не легко, — я усмехаюсь.

— Согласен.

Надеюсь, что я сейчас нормально пахну.

— Да. У меня золотой характер, — язвлю в ответ.

— Угу. Такой же, как и у меня. — улыбается. Я хочу, чтобы ты была только моей. Хотела только меня одного. Думала только обо мне. Спала только со мной. И смотрела только на меня.

Черт! Да я хочу того же самого.

— Ты эгоист и собственник Тимирязев! — наиграно поднимаю одну бровь.