Восход. Солнцев. Книга IV (СИ)

 — Не зли! Если я тебе сказал, что нужно придумать, как мне человеческую форму вернуть, значит, надо!

— Слушаюсь, господин, — ответил он и всадил огромный шприц мне в руку.

Черная жидкость потекла в емкость. Я отвлекся. Кое-что еще произошло, мой голос бога. Я чувствую, что он стал куда сильнее.

— Человеческое обличье! — приказал сам себе.

Яркая вспышка, и с меня словно дым сошел.

— Нет! — закричал профессор, бросившись ко мне. У него были настоящие слезы на глазах. — Нет, умоляю, пожалуйста! Еще чуть-чуть!

Отошел от полоумного.

Положил его в рюкзак на всякий случай, а сам надел запасной комплект формы. Кое-что заметил, пока он психовал, но не стал говорить, оставил на десерт. Спросил, во сколько обошлось все, что мы с ним разрушили."

"Вот же хитрый профессор! Стоило ему только взглянуть, сразу назвал точную сумму в сорок три тысячи восемьсот двадцать рублей.

У меня еще раз взял кровь. Сказал ему, чтобы строил гипотезы, теории, в общем, думал, что произошло. А перед самым уходом повернулся.

— Давид? — позвал я его. — Ты, когда психовал, разбил шприц с жижей из моего измененного тела!

— Что? — вскочил Прохоров.

Я закрыл за собой дверь, когда профессор издал печальный крик. То-то же! Не нужно было так себя вести, а то как маленький ребенок.

Сила, которая была мне доступна в другой форме, исчезла. Как и уровень голоса бога, все вернулось к тому, что было. Печалька, конечно… А вот то, что я перешел с пика «Ученика» на «Адепта», не могло не радовать.

Это, возможно, мне поможет с тем, чтобы завалить урода. Осталось только добраться до него. Старался не привлекать внимание, народ чем-то был занят, то ли праздник какой-то у них, то ли гуляние.

Машина еще ждала меня, чему я обрадовался, все-таки задержался чуть больше, чем планировал. Залез и подробно объяснил водителю, куда нужно ехать. Мы тронулись. Перед глазами мой предыдущий образ. Не смог решить, радоваться этому изменению или нет. В чем я точно уверен: следующее обращение будет такое же, и тут уже не спрячешь руки.

Единственный плюс, который, надеюсь, тоже сохранится, это контроль.