Училка и миллионер

Они всегда хотели ещё и девочку, но жизнь распорядилась так, что после Захара тётя Галя больше не смогла родить. Так что отрывались они на мне, и я утопала в розовом, мягких игрушках и куклах, когда приезжала к ним. Мама ещё всё переживала, что они меня избалуют.

Забравшись под одеяло, я обнимаю руками и коленями розового слона и закрываю глаза. И перед сном почему-то думаю о Макарском. О его внимательном, будто в душу проникающем, пристальном взгляде, о кривой усмешке, которая, когда мы втроём пили вино в квартире, не казалась мне столь наглой и саркастичной, как в ресторане.

Вот если даже предположить, что где-то в параллельной вселенной, другая Катя Зайченко, без оглядки на мораль и собственные представления правильности и неправильности, приняла бы предложение Макарского? Каково бы это было?

Во рту становится как-то суховато, и я переворачиваюсь на другой бок. Так хотела спать, а всё никак. Перед глазами мелькают непрошенные картины, как длинные, немного узловатые мужские пальцы скользят по моей щеке, как кожа реагирует на них румянцем.

— Балда! — ругаюсь сама на себя, снова ворочаясь. — Фу, Катя, что за бред. Спи давай.

Да. Завтра я поеду к морю, и оно своей свежестью, прохладой и солью на губах выветрит все эти глупости о параллельных вселенных. Подарит спокойствие и ясный ум.

Но море оказалось бессильным…

9

Так хорошо просто расслабиться и дышать полной грудью.

Море тёмное, но спокойное, выталкивает белую пену на кромку. Чуть дальше по краю топчутся чайки, выискивая себе чем полакомиться. Я прикрываю глаза и дышу глубоко и спокойно.

— Прекрасный вид, не так ли? Расслабляет, — слышу рядом негромкий голос, и в первые секунды даже думаю, что мне просто показалось. — Люблю море.

Распахиваю глаза и оборачиваюсь. Нет, не показалось.

— Что вы здесь делаете?

— Привет, Катерина, — Макарский улыбается. — То же, что и ты, очевидно, — отдыхаю, наслаждаюсь морем.

Он невозможный. Я ни за что не поверю, что Константин оказался тут случайно. Таких совпадений не бывает.