Училка и миллионер

Яйцеклетки меня тогда не сильно волновали, всё чего мне хотелось, чтобы мир перестал вращаться с такой скоростью.

А вот Вика правда очень хорошая. Милая, но не слащавая, не пытается играть роль, чтобы показаться родителям Зернова лучше, чем она есть. Умная, по глазам видно, кажется, немного строгая. Животик выпирает совсем чуть-чуть, но не раз за время ужина замечаю, как трепетно, едва заметно она к нему прикасается, и как при этом светятся её глаза.

— Одобряю, брат, — легонько бью кулаком в плечо, выходя к Захару на веранду, пока тётя Галя берёт Вику в оборот.

— Спасибо, — смеётся он. — Знаешь, как-то всё так негаданно вышло. Ну а ты как? Правду мама сказала, что за тобой ухлёстывает поклонник?

Тётя Галя, видимо, пообщалась с моей мамой, которой случайно проболталась Карина о мистере Орешке. Ничего такого она не сказала, ляпнула просто “что-то давно твоего ухажёра на чёрной тачке не видать”, когда я с мамой на громкой связи разговаривала. Мама и стала выспрашивать. Я ей детали рассказывать, конечно, не стала, она же волноваться будет.

И вот тётя сегодня прямо за столом и ляпнула, что я игнорю мужика, а всё потому, что всё своё время посвящаю школе, и так никогда замуж и не выйду.

Я на тётушку не обижаюсь, такой вот она человек. Ляпнет что-то, а потом сама переживает. Но, кажется, в этот раз она не считает, что сказала что-то не то.

— Есть один, да. Но я даже не знаю, подходит ли ему такое слово — поклонник.

— Хочешь, я с ним поболтаю?

— О нет! — пугаюсь, брату не нужны проблемы, а Макарский как пить дать устроит их, если захочет. — Не нужно, Захар. Я сама.

Он пару секунд смотрит своим внимательным въедливым взглядом, но вроде бы соглашается. А я перевожу тему и радуюсь, когда к нам выходит Вика. Брат мой хоть и интеллигентный доктор, а по морде съездить кому-надо может. Так что лучше ему детали не рассказывать.

Вечер проходит в тёплой, домашней обстановке.

"Я помогаю убраться со стола и в десять валюсь спать как подкошенная. У меня в доме тёти и комната своя есть. На кровати, застеленной розовым покрывалом, сидит большой розовый слон, которого тётя Галя и дядя Лёня подарили мне на десять лет.