Спаси нас

– Ну как, я не преувеличивал? – спросил Рэн и выжидательно посмотрел на меня.

– Ты прав, мороженое очень вкусное. – Я отложила ложечку. – Я вообще не заметила, когда здесь открылось новое кафе."

"Я осматриваюсь на террасе небольшого заведения. Все стулья заняты, а у стойки толпится очередь из тех, кто готов есть стоя. Рэн говорил, что здесь скидка для школьников, поэтому очередь не удивляет. Тем более что и погода сегодня отменная.

Если не принимать во внимание мой страх, я ужасно обрадовалась приглашению Рэна. Раньше у нас всегда был какой-нибудь повод для встречи – написать заявление на стипендию, переезд Рэна, – но сегодня он просто спросил, не хочу ли я провести с ним время.

– Похоже, я тут навеки поселюсь, – говорит Рэн, не вынув толком ложку изо рта.

– Как, еще один переезд? Так быстро? – подтруниваю я, постепенно начиная расслабляться. Мне становится тем лучше, чем больше мы разговариваем и чем меньше я замечаю людей вокруг.

И опять эта его лукавая полуулыбка.

– Я могу есть мороженое на завтрак, на обед и на ужин. Кроме того, посмотри, какая здесь красивая стойка. Я думаю, если ободрать мягкую обивку со стульев, можно было бы устроить за ней отличное логово.

– Мы с сестрой в детстве всегда строили шалаши. Это было наше любимое занятие по выходным. – Я зачерпнула еще одну ложечку мороженого и попыталась просто получить от него удовольствие.

Рэн поковырялся в креманке ложкой, смешал оба шарика разного мороженого, получилась вязкая кучка бежевого цвета.

– О да, мы с ребятами тоже этим занимались.

– Я немного завидую вашей дружбе, – призналась я.

Рэн вопросительно взглянул на меня.

– Ты так давно с ними дружишь, – пояснила я. – У меня, конечно, есть подруги, да и с Руби мы очень близки, но такой подруги, с которой мы дружили бы с детства, нет. Как-то всегда расходились, люди уезжали или наши интересы так менялись, что нам больше нечего было делать вместе. А у вас не так. Когда ты рассказываешь о ребятах, складывается такое впечатление, что вы никогда не отдалялись друг от друга.

Рэн оставил ложечку в креманке:

– Да так оно, собственно, и было.

В его интонации мелькнуло что-то, что заставило меня насторожиться.

– «Собственно»?

Он пожал плечами и отправил в рот очередную порцию угощения. Мороженого на ложечке было многовато, и не прошло и двух секунд, как его лицо скривилось от боли. Я подавила улыбку.

– Что, замерзли мозги? – спросила я.