Спаси нас

Голос его звучит ниже, чем обычно: он переводит взгляд с моих глаз на губы, но затем резко одергивает себя.

– И как же я на тебя смотрю? – спросил я.

Перемена настроения произошла так внезапно, что у меня закружилась голова.

– Так, будто думаешь о прошлом, – ответил он немного погодя.

Я тяжело сглотнул:

– А мне разве нельзя?

Кеш издал звук, который мог быть чем-то вроде смеха, но звучал отчаянно.

– Нет.

– Нет? Почему?

Он снова посмотрела на меня.

– Потому что нечего цепляться за воспоминания, если можно испытать что-то новое.

От его слов я потерял дар речи. Потребовалось время, чтобы я снова смог говорить.

– Кеш…

– Я рассказал все маме, – перебил он меня.

Сердце начинает бешено стучать. Я вижу только Кеша, все остальное уходит на второй план.

– Что?

– Я рассказал ей, что бисексуален и меня привлекают и женщины, и мужчины.

Мысли роились в голове. Я не знал, что сказать. Я откашлялся и задал вопрос, который в этот момент казался мне самым важным:

– Как она отреагировала?

Кеш резко выдохнул.

– Не так, как я ожидал. Мне было очень тяжело, но, честно говоря, я не столько боялся мамы, сколько отца. Сначала она подумала, что я болен и что-то вроде того, потому что я нервничал и заплакал еще до того, как что-то выговорил. Когда я ей рассказал все, она вздохнула с облегчением. Потом тут же извинилась и спросила, не было ли это бестактно.

Я слушал его, затаив дыхание.

– В целом все вышло… я не знаю. Лучше, чем я думал? – Он произнес это почти с вопросительной интонацией.

– Звучит круто, – хрипло пробурчал я.

Момент затянулся.

– Я… это же не я тебя вынудил? – наконец спросил я.

Он помотал головой:

– Нет. Я сделал это для себя, а не для тебя. Я хотел рассказать маме, потому что это казалось мне правильным.

Я чувствовал, как давление в моей груди немного спадает.

– Она сказала, что любит меня. И я думаю, она заказала книги на эту тему или поискала в Интернете или что-то в этом роде, потому что теперь она постоянно задает мне вопросы, которые словно из учебника по педагогике.

Я издал фыркающий смешок:

– Люблю твою маму.

Кеш улыбнулся, глядя на свои руки:

– А я люблю тебя.

Машина остановилась. Мое сердце, кажется, тоже.

Я уставился на Кеша, который поднял голову и смотрел на меня – прямо в глаза. Взгляд у него был такой открытый и уязвимый. Атмосфера в машине снова изменилась.