Стая

Вот так же и в собственной душе, поднялся какой-то забытый осадок. И сам понимал: что-то не так, но Вадим усилил это чувство. Что уж от себя скрывать: теперь они по разные стороны баррикад. От этого осознания на душе неприятно заскребли кошки. Непривычное тягостное ощущение. Но ничего, привыкнет Бардин к такому положению дел. И самому выхода другого не оставалось, а только надеяться, что они, действительно, на одном поле не встретятся. Бардина ни о чем не просил и не собирался, но сам решил постараться, чтобы так оно и получилось.

Вадим для него семья, такая же родная душа, как отец и Татьяна. Потерять его, значит – часть себя потерять. И представить страшно.

Поставил машину на стоянку, на привычное место. Вышел, хлопнул дверцей, перескочил лужицу, чуть не забрызгав брюки. Быстрым шагом пересек расстояние до крыльца, стараясь не замечать неприятных холодных капель, хлеставших по щекам и затекавших за воротник рубашки. Не привык носить с собой зонт, тем более, сейчас, когда уже не приходилось простаивать на остановках, ожидая автобус или маршрутку.

За дверями спорткомплекса дохнуло теплом. Передернул плечами. От резкой смены окружающей температуры мурашки хлынули по спине, заставляя встряхнуться.

— Здрасте, Денис Алексеевич, — вскочил Миша.

Хотя Денис позволял обращаться к себе по имени, Миша все равно «выкал», не забывая прибавлять отчество. И не только Миша. Многие так и не определились, как же лучше к нему обращаться, потому то на «ты», но по имени отчеству, то на «вы» и без последнего.

Для Дениса это было не принципиально важно, важнее, какие человек при этом испытывал ощущения. Вот над этим стоило работать.

— Миша, — Шаурин остановился, резкими движениями ладоней стряхнул капли воды с плеч. – Ты давай поспокойнее. А то, кажется, так и выкрикнешь «Хайль Гитлер!» с рукой навытяжку.

Миша засмеялся:

— Хорошо. Вас Вероника искала.

— Она уже здесь?

— Здесь. Рвет и мечет, — усмехнулся охранник.

— Ничего страшного. Разберемся к чему такая паника с утра.

Шаурин уже знал, по какому поводу рвала и метала главный бухгалтер, и это его не встревожило.

Едва успел вынуть ключ из замочной скважины и захлопнуть за собой дверь, та снова распахнулась, впуская Веронику. Создавалось впечатление, будто бухгалтерша караулила за углом и, едва заслышав гулкие шаги по коридору, не в силах дождаться, пока он зайдет к ней сам, принеслась первая.

— Денис, привет, — пропела она, заискивающе улыбаясь. – У нас вчера какая-то путаница произошла.