Стая

Тебе так не надо.

— Я не могу сказать тебе всего того, что ты хочешь от меня услышать, Оля.

Его ровный мягкий голос ласкал слух, но сегодня каждое сказанное слово отдавалось внутри горечью.

— Не сомневаюсь.

Ментоловая сигарета почти не испускала дым. Ольга и затянулась-то всего пару раз, и уже долгое время просто держала ее в руке. Откровенно говоря, Денис не любил курящих женщин. Какой-то с детства вбитый стереотип, что девочки не должны так делать, работал на всю катушку. Но требовать от Ольги бросить эту дурную привычку не приходило в голову.

Она стояла к нему спиной, накинув на обнаженное тело легкий шелковый халатик, едва прикрывающий ягодицы.

Ни в одной из комнат ее огромной квартиры не горел свет. Глаза уже давно привыкли к темноте, и ночь не была глухой, и непроглядной; лунный свет, беспрепятственно проникающий сквозь не зашторенные окна, серебрил комнату, смягчая углы мебели, высвечивая светлыми неопределенными пятнами белые предметы. Даже кофе был сварен почти в темноте, при свете тусклого бра.

Ольга замечательно варила кофе по-турецки. С имбирем. И никогда не пила растворимый. Как только две чашки были наполнены, свет погас, и кухня снова растворилась в темноте. Остался только пикантный восточный аромат, смешанный с запахом женских духов. Ярких, резковатых. Привычных.

Они молчали.

Он – потому что все сказал, а она – потому что обещала.

Не собиралась устраивать ему истерик и провоцировать на какие-то откровения. Никому из них это не нужно. Ему в большей степени.

Она бы не прочь. Но они договорились. И вполне ожидаемо, что конец все-таки наступит. И наступил. Все же, не смогла сдержаться, не обладала такими стальными нервами, и нотки разочарования прорвались сквозь якобы непринужденный и уравновешенный тон. Непроизвольно вздрогнула, словно, вспомнив, что в руке сигарета, медленно затянулась.

Она красиво курила. Красиво пила. И сама была красивая и изящная. Какая-то аристократичная, с тонкими ясными чертами лица, яркими голубыми глазами и редким цветом волос.

Натуральным пепельным. И волосы у нее длинные, доходящие почти до талии. Сейчас распущенные, прикрывающие всю спину.

Не заботило ее, что курила она на кухне, а окна закрыты. Вьющийся дымок стремился верх, растворяясь где-то под трехметровым потолком. Денис поднялся со стула, подошел к ней, положил ладони на широкий подоконник, заключив девушку в кольцо. Она сразу затушила сигарету и подалась чуть назад, чтобы касаться спиной его груди.