Стая

Подпер плечом косяк, в ожидании пока Таня покончит с цветами и даст ему возможность помыть руки.

— Можно и Машку за ляжку, и козу на возу, — тут же выдал ему Денис, поднимая Настю на руки.

— Я чур первый в очереди, — присоединился к разговору Вадим.

— Капитан, ты в очереди на Машку или на козу? — заржал Лёня. — Я, кстати, вот так по-крупному с ментами водку никогда не пил.

— А ты думаешь менты как-то по-другому водку пьют? — усмехнулся Вадим.

— Да так же и пьют, как мы.

— Блин, — Таня сорвала с крючка полотенце, поспешно вытирая руки, — ну вы бы правда хоть намекнули, что приедете. Я даже не одета, не говоря уже о том, чтобы стол накрыть, — бросила на себя критический взгляд: футболка и шорты — не очень праздничный наряд.

— А мы порядочные гости — ходим со своим, — Стас растянулся в белозубой улыбке.

— Ну все, — Таня счастливо улыбнулась, — теперь я готова раздавать поцелуи. — Вадя, ты первый, я помню…

— Танюха-а-а… — Лёня последний раскинул руки, чтобы потом сжать в них стройную фигурку Татьяны.

— Ты как Брежнев, — засмеялась Таня, расцеловавшись с ним по три раза в обе щёки.

— Скажи спасибо, что я тебе уши не надрал.

— Спасибо, дорогой! Ой, спасибо!.. — шутливо отвесила поклон.

— Так, сестра, подожди, — задержал Танюшу, подхватив за локоть. — У меня еще один презент. И наряд твой как раз кстати, — знающим и одновременно хитрым взглядом окинул Таню с ног до головы.

— Лёня, не дай бог ты мне подаришь пионерский галстук!

— Кто шагает дружно в ряд? Пионерский наш отряд!.. — зачитал часть пионерской речевки, вытаскивая из кармана пиджака алый кусок ткани. — Танюха, это тебе, — повязал ей на шею галстук. — И не снимай. Знать, судьба у тебя такая судьбинушка! Быть тебе пионеркой, раз ты в День Пионерии родилась. Так и будем с тобой водку пить: ты в галстуке, а я… а я просто так.

— Стоять… Давайте я вас щелкну. Фото для семейного альбома, — тормознула возле парочки Юля.

— Не надо меня щелкать. Я, можно сказать, только жить начинаю: на пенсию вышел, — проговорил Вуич голосом почтальона Печкина.

— Улыбочку… — Юля сделала желанный снимок и убежала.

Это был единственная постановочная сцена, остальных она фотографировала без предупреждения.