Стая

Уже представлял, что его ждет, и даже предполагал, по какому поводу.

Очень привязался Денис к Бардину, хорошо узнал его семью, став в их доме частым гостем. У Шауриных Вадима тоже приняли с распростертыми объятиями. Их дружба за короткое время стала верной для того возраста, в котором они прибывали. Она постоянно подкреплялась новыми подвигами, оживлялась общими воспоминаниями, доказывалась поступками, подпитывалась планами и идеями.

Услышав скрежет ключей в замке, Таня с воинственным видом вышла из комнаты.

— Ну привет, — недовольно сказала.

– Я сколько могу звонить? Ты специально игнорируешь меня?

— Как я могу тебя игнорировать, если пришел домой? – Денис встретил ее тем же тоном, не выражая особой радости.

— Я сказала, что сегодня у нас генеральная уборка, а ты смылся.

— С какой стати я должен убираться? Это твоя работа — вот и убирайся.

— С чего ради это моя работа?

— Как с чего? Ты же у нас главная. А я так… несмышленыш, так, кажется, ты меня назвала, – припомнил ей недавнюю ссору и одно из нелестных высказываний в свой адрес.

Достал из холодильника банку с компотом, налил стакан и выпил половину залпом, едва вздохнув. Утер рот, тыльной стороной руки и пошел в комнату, пропуская мимо ушей вопли сестры.

— Если ты даже за собой тарелку и кружку помыть не можешь, то да! Несмышленыш ты и есть!

— Зато у тебя ума хоть отбавляй, — не остался в долгу.

Таня проявила настойчивость и перегородила ему дорогу, встав в дверях.

— Ты совсем оборзел! Я за тобой больше убирать не буду.

Приучайся к самостоятельности! А то мы такие умные, а чуть что – Таня! Таня погладь футболку, Таня постирай штаны, Таня налей суп!

— Тебе трудно что ли? Ладно, сам справлюсь. Тебя никто не просит за мной по пятам ходить, сама привязываешься. – Стараясь отодвинуть сестру, он сделал усилие, чтобы протиснуться в комнату, но Таня уперлась в косяк руками и ногами.

— Не пущу, пока не уберешь за собой.

Отец слушал некоторое время их перепалку, потом показался в проеме гостиной:

— Денис, зайди-ка.

— Чего?

— Зайди-зайди, говорю.

Сын прошаркал в комнату и уселся на диван, уставившись на отца. Тот прикрыл дверь и сел рядом.

— Это что за разговоры?

— Ничего.

— Ты мне прекрати это.

— Пусть она сама научится со мной разговаривать. А то орет вечно. Могла бы попросить нормально. А так как она… фиг помощи дождется. Как только я сказал, что к Вадику пойду, начала верещать, что убираться надо. Вот пусть и убирается сама. Я сказал – пойду, значит, – пойду.