Сотня. Смутное время

* * *Ажиотаж после возвращения станичников с ярмарки стих, и кузнецы вернулись к обычным делам. Матвей, озадачив отца изготовлением золотой проволоки и колец, с головой ушёл в свои дела. Повышающий редуктор для парового двигателя выходил не таким мощным, как хотелось. Вследствие чего обороты на станках в среднем были раза в три выше, чем при работе на них педалью.

Снова погрузившись в расчёты, парень и сам не заметил, как пролетело время до Рождества. Григорий, понимая, что сын не просто развлекается, старался его к работе не привлекать.

Вызывал, только когда решал ковать очередной булатный клинок. Этот вопрос даже не обсуждался. Казаки начали заказывать такое оружие, даже несмотря на цену. Идея парня о рассрочке платежа нашла полную поддержку среди казаков. Так что работы кузнецам хватало.

Попутно Матвей принялся экспериментировать со сплавами. Понятно, что сортов стали у него было кот наплакал, но кое-что всё равно стало получаться. Естественно, не хватало присадок и нормальной печи, но и в горне иногда получалось нечто подходящее.

Помня, что уголь приходится возить издалека, Матвей только вздыхал, волевым усилием ограничивая свои опыты. Григорий, пуская металлы в дело, оценивал их с высоты собственного опыта.

Проверял на ковкость, гибкость, прочность и другие параметры. В итоге всё это пришлось прекратить. Что ни говори, а запасов сталей и железа было и вправду маловато. Про уголь и говорить не приходилось. Основная его масса уходила на изготовление булата. При работе с этой сталью приходилось в течение долгого времени поддерживать в горне постоянную температуру, а это уничтожало запас угля особенно быстро.

"

"Эта тревога случилась, как всегда, не вовремя. Кузнецы едва закончили проковку очередного клинка и решили сделать перерыв, чтобы немного отдохнуть, когда над станицей раздался колокольный звон. Быстро собравшись, оба казака поспешили к церкви. Там уже собрались старшины, что-то негромко обсуждая с молодым казаком, сидевшим верхом на караковом жеребце. Пика с вымпелом сразу показала собравшимся, что это был посыльный от атамана.

Собравшиеся казаки настороженно переглядывались и тихо переговаривались, строя предположения, что могло произойти. Григорий, послушав их высказывания, мрачно вздохнул и, повернувшись к сыну, тихо спросил:

– Как думаешь, война?

– Похоже на то, – мрачно кивнул Матвей, пытаясь вспомнить, когда именно случилась Русско-японская война.

Точные даты этого события как-то стёрлись в его воспоминаниях.