Скандальный

Отчасти я даже испытал облегчение оттого, что Луна была с Камилой, потому как знал, что Эмилия попросила бы отпустить мою дочь с ними, а Луна не любила гулять с детьми моих друзей. Найт яростно защищал ее от насмешек других детей. Он был на год младше, но вел себя как старший брат, когда они проводили время вместе, а вот Дарья относилась к Луне с осторожностью и непониманием.

– Так что, ты отращиваешь девственную плеву на члене или как это работает? – пропыхтел Дин, стоя перед зеркалом тренажерного зала, расположенного в моем здании, и сгибая бицепсы под тяжестью двадцатикилограммовых гантелей, которые он держал в руках.

У каждого из этих засранцев дома был персональный тренажерный зал, но все равно они заваливались сюда, потому что им нравилась музыка, компания и возможность поглумиться над местными качками.

Джейми хлопнул Дина по спине.

– Пора бы заткнуться. Дай парню жить, как он пожелает. Тебе никогда не приходилось разруливать такую ситуацию.

– Это верно. – Дин заскрежетал зубами и одарил Джейми сердитым взглядом.

Вишес едва не закатил глаза, хотя этот говнюк даже в самые тяжелые времена не демонстрировал раздражение. Он закончил подтягиваться, спрыгнул с перекладины и подошел к нам, поливая лицо водой из бутылки и заливая немного в рот.

– Разговор ни о чем – как девка без сисек. Наверняка засранец видит больше кисок, чем гинеколог твоей жены, – Вишес, с чьих темных волос стекал пот и вода, указал на Джейми бутылкой.

– Эди Ван Дер Зи, – подхватил Джейми и, подойдя к своей скамейке, взял протеиновый коктейль. – Тут без вариантов. Пока она не начала у нас работать, я каждое утро видел ее во время пробежки вдоль пляжа. Она занималась серфингом со своим белобрысым, голым, татуированным парнем. И смотрела на него влюбленными глазами, когда он подал ей пиво в семь утра и обхватил ее зад, как ненаглядного первенца.

Я тупо уставился на него, ничего не ответив, потому что единственная ответная реакция, которая пришла мне на ум, это удар кулаком. Звучало чертовски похоже на Бэйна. Он начинал стремительно отравлять мое существование. Я сам не был уверен, почему меня это волновало. Я не ревновал. Это было невозможно.