С тобой? Ни за что! (СИ)

Черт, я не знаю, как тебя в этом убедить, но я тебя очень люблю.

Он говорит ей эти слова, прижимаясь к ладони щекой. Потому голос звучит приглушенно. Но Аврора прекрасно его слышит. Поджимает губы, чтобы не разрыдаться в сопли.

— Я виноват перед тобой, малышка, — продолжает Хайдар, — ты прошла через это все без меня. Я должен был быть рядом, а меня не было. И даже был момент, когда я считал… когда думал, что ты решилась на аборт.

— Заткнись, Вахидов! — всхлипывает Аврора. Слышать такие слова слишком больно. Их слишком много.

— Я виноват перед тобой, — сдавленно вздыхает Хайдар, прижимается к ее ладони так, словно хочет срастись с ней. — Очень виноват. Прости меня, любимая моя.

— В одном ты прав, Хайдар, — судорожно всхлипывает Аврора и тянется второй рукой к его макушке, — ты дурак. Мне не за что тебя прощать. На твоем месте, я бы, наверное, так же подумала.

— Я тебя люблю, — выдыхает Хайдар.

— Знаю, — устало прикрывает глаза Аврора.

— Нет, Рори, не нужно сейчас, — качает головой Хайдар. — Не здесь. Я не требую ничего взамен. Просто буду рядом, хорошо?

Аврора пытается улыбнуться. Но, скорее всего, выходит лишь жуткая гримаса. Потому что Хайдар, протянув руку, аккуратно гладит ее щеку, отводит волосы с лица.

— Позвать врача?

— Нет, я посплю немного, — шепчет Щукина и прикрывает глаза.

Ей тепло и уютно от того, что Хайдар рядом.

***

— Принес? — очень тихо спрашивает Аврора, а когда Хайдар, улыбнувшись, кивает, говорит чуть громче. — Слушай, а давай в сквере погуляем? Погода сегодня замечательная!

— Да, прогулка пойдет на пользу, — кивает Лайла, которая уже успела побеседовать с лечащим врачом Авроры. — И, если все анализы будут в норме, завтра будут готовить к выписке.

Аврора скрещивает пальцы на удачу. Признаться, опека тетушки, как и всего медперсонала достала Щукину. И больше всего на свете Рори хочет сбежать отсюда, ведь чувствует себя она на порядок лучше.

Хайдар собственноручно застегивает все кнопки на пуховике, поправляет шапку и только потом, взяв Рори за руку, ведет на улицу.

Больничный сквер уже изучен до последней лавочки. И была бы воля Щукиной, давно бы уже сбежала, сиганув через забор.