Рукопись антиквара

Максим вздохнул, потом покрутил головой и наконец нехотя заговорил:

– Со мной все просто. Я по профессии книжный детектив…

– Кто?! – переспросила я. – Что это за профессия?

– Я специализируюсь на поиске по заказу библиотек и коллекционеров редких книг и манускриптов.

– Надо же! Не знала, что есть такая профессия. Я грешным делом подумала, что книжный детектив – это герой детективного романа, вроде Шерлока Холмса или Эркюля Пуаро…

– Нет, это вполне реальная профессия, хоть и редкая. Может быть, я один из последних ее представителей.

– Что за человек?

– Честно говоря, я его даже ни разу не видел. Он связался со мной по электронной почте и сказал, что хочет найти знаменитый манускрипт Мельца. В знак серьезности своих намерений и для оплаты моих расходов на поиски он перевел мне на карту вполне приличный аванс – и я начал работать. Я выяснил, что манускрипт, который мне поручено найти, разделен на несколько частей…

– На семь.

– Ну да… и я нашел первый фрагмент…

– Тот, который был спрятан в пакете с кормом для Берри. А его ты нашел у библиотекарши Берты Альбертовны, так? А второй фрагмент ты купил у этого дурака-племянника в галерее?

– Ну да, он от жадности совсем ополоумел, продал мне книгу, хотя обещал другому. Но меня не ограничили в средствах, так что я не торговался… И вот, когда я уже шел по следу третьего фрагмента, меня сбила эта чертова машина…

– Ты об этом ничего не помнишь?

– Последнее, что я помню, – это глаза водителя, который направил на меня свою машину.

– В золотистой оправе?

– Да, верно… откуда ты знаешь?

– Этот человек… он постоянно идет по моему следу!

– Наверняка он тоже охотится за манускриптом.

– Но кто он такой? Откуда он знает про манускрипт?

– Не знаю, – честно ответил Максим, – но видно, что он твердо настроен получить манускрипт, раз на убийство пошел.

– Но пока ему немного удалось.

Вдруг Максим нахмурился:

– Какое сегодня число?

– Восемнадцатое ноября.

– Черт, это же последний день!

Он спустил ноги с кровати, попытался встать, но покачнулся и едва не упал.

– Черт… я еще ни на что не гожусь…

– Куда ты собрался? Ты целых две недели пролежал в коме, только сегодня тебя перевели из реанимации – конечно, ты еще не готов куда-то идти!

– Но сегодня последний день…

В голосе его прозвучало отчаяние.