Роза песков

Сахи дрожал, но молчал, не глядя в глаза своему старому другу. Похоже, старик уже не очень понимал, где он находится, и что происходит…

Оттолкнув ногой слабо дергающееся тело шамана, держа в руке кинжал, покрытый маслянисто-блестящей красной пленкой, Джан айнур продолжал говорить, глядя в лицо врагу, которого двое воинов удерживали на коленях у его ног:

-- Твое семя будет стерто с этой земли! Твоя старшая жена мертва, твой старший сын подох от стрелы моих воинов, твой младший сын тоже мертв. И мои воины найдут твою дочь и твоего любимчика – Гуруза… И я клянусь, что привезу их казнить на это самое место, где сейчас сдохнет их отец! Сейчас мой старший сын трудится над телом твоей любимой Бахмат.

Барджан айнур знал, что умрет прямо здесь и прямо сейчас, но он не желал уходить к предкам, позорясь перед врагами, потому, пусть и безоружным, он мощным рывком стряхнул двух воинов, держащих его за руки, и кинулся на Джана…

Нариз зажмурила глаза… Когда она их открыла, победители складывали какие-то вещи, сундуки и тюки на несколько телег.

Кибитки подпалили, и жирный дым низко стелился по земле в сторону вершины холма, где лежали подростки. Стиснув зубы и стараясь не привлечь внимания, Нариз медленно поползла вниз, по сантиметру подтягивая за собой обмякшее тело Гуруза.

Все эти разборки, хоть и чудовищные, мало что изменили в ее планах.

Зато для всех людей чужого племени они – желанная добыча.

Глава 15

Глава 15

Люди Джана айнура возились недолго, минут через пятнадцать за холмом раздались крики погонщиков, скрипнули телеги, и постепенно все стихло. Очнувшийся Гуруз лежал как мертвый, не пытаясь встать и что-либо сделать. Нариз с ужасом думала о том, что до города еще долгие километры, а у них нет ни коня, ни воды. Более того, у них практически нет оружия, и им нечем будет себя защитить от зверей.