Роза песков

Она мне и посоветовала, какие запасы нужно держать на случай болезни. Ты не забывай, что кроме нас с тобой, здесь еще живут слуги и солдаты. Зимой все это может очень даже пригодиться. А излишки я просто продам.

Леон покачал головой и не стал больше выспрашивать ни о чем, но про себя отметил, что жена его умеет находить выгоду там, где никому бы и в голову не пришло. Возможно, это потому, что она охотно учится всему новому? Странная привычка для молодой женщины, но ему это однозначно нравится.

После очередного возвращения он, наконец-то, получил предложение взглянуть на обновленные покои.

-- Ремонт почти закончен, и сегодня ты можешь ночевать в своей комнате. Если хочешь, ужин тоже накроют там.

-- Да, но сперва я хотел бы вымыться с дороги.

-- Пойдем, там все готово, -- жена кивнула в сторону лестницы, прихватила в руки светильник какой-то непривычной формы и пошла впереди, поясняя:

-- Кроме наших комнат, закончена отделка трапезной, приготовлены две гостевые комнаты, на случай если папа или Рейг решат приехать.

Леона несколько беспокоило то, что их отношения с Нариз застыли на какой-то вежливо-дружелюбной точке и теперь никуда не двигались. Он хотел бы чего-то более теплого, более личного. Однако, торопить жену не рисковал -- боялся спугнуть. История бегства от жениха произвела на него неизгладимое впечатление.

Нариз легко поднималась по лестнице, держа в руке яркую лампу с тремя светящимися шариками. А он, следуя за женой, тихонько любовался точеной фигуркой, не обращая внимание на то, как изменилась лестница, ведущая к его комнате. В общем-то, ему было совершенно все равно, что и как она там устроила. Приходилось ему жить и в роскошных покоях, которые столь любовно обставлял папенька в палаццо, приходилось ночевать и в казарме, так что слишком требовательным он не был никогда.

Однако, и здесь жене удалось сильно удивить его.

Сперва ему показалось, что он попал в какой-то чужой дом. Стены комнаты были из какого-то теплого песочно-бежевого камня, с тонкими золотисто-коричневыми прожилками. При достаточно ярком свете эти прожилки поблескивали яркими искорками. А самое странное, что стыков между плитами он не видел.