Родить наследника для незнакомца

Марьяна отнимает пальцы через несколько секунд, поднимается с кровати. Обнимает себя руками.

- Буду рад, если вы поселитесь у меня, - говорю прямо.

Впрочем, честнее было бы заявить – забираю вас, и точка. Но что-то подсказывает, если сейчас надавлю, получу пружиной в лоб. Пусть немного привыкнет к этой идее.

***Марьяна

Медсестра напоминает о кормлении, и наш папа уходит домой. Я остаюсь с малышкой и с ворохом мыслей. Горский готов впустить нас в свою жизнь на очень близком уровне. Он не испугался, когда ребенок появился у нас по факту, а не в виде большого живота.

Ох, несколько дней назад я парилась из-за легенд для родителей, а теперь наступили времена посерьезней. Впрочем, началось еще до родов, с гребаного потопа. Меня всегда пугала заброшенная квартира сверху. Там жила бабуля, ее забрала родня. А вот ветхие трубы остались. Потолок в моей квартире просто покрашен, так что горячая вода бежала без преград.

Я в тот день рано утром уехала по делам, уже в пути живот потягивало. Думала, сказались нервные выходные.

Теперь я стала мамой, и в моей жизни наступила новая полоса. А в квартире вместо чистенького ремонта – разруха, вонь и вздувшаяся мебель. Соседи виноваты, но наводить порядок все равно нужно.

Подхожу к дочке. Проверяю, в порядке ли она, прислушиваюсь к дыханию. Все-таки появление ребенка – настоящее чудо. В моей жизни полный бардак, непонятные отношения с мужчиной, от которого подпрыгивает сердце.

Владелец клиники Семен приходил ко мне в первое утро после родов. Кроме обычных поздравлений и вопросов пошутил – Горский вынес ему мозг накануне. Мол, Саша носился по клинике, каждую минуту хотел знать, как я. То и дело прокручиваю в голове этот рассказ друга.

Когда я только приехала рожать, Семен тоже зашел ко мне, и я попросила – не ставить в известность никого, кроме Саши. Может, я отвратительная дочь и сестра, но мне хотелось сначала выяснить позицию отца ребенка. Или получить его поддержку, или понять – ему все равно. Переварить этот факт самой и уже общаться с друзьями и родными. А может, тут еще что-то было на уровне эмоций, в которые я боюсь вникать.