Проклятие брачного договора

– Нет, почему? Я работаю. Просто по сменам. Я – медсестра в больнице. Сегодня вот выходная. Веня, конечно, хочет, чтобы я с работы ушла, потому что и больные вокруг, да и вообще тяжело. Но я боюсь увольняться. Мне декретные получить надо, да и детские потом. Не могу же я на его шее сидеть.

– Как же на ней сидеть, если Веня не работает? – спросила Дина.

– Ну, это временно же, – Лена всплеснула руками. – Вот дом построим, малыш в садик пойдет, и он снова на работу выйдет. Я уже смогу одна с ребенком оставаться. А пока я медсестрой работаю.

Теперь становилось понятным, на какие деньги семья живет сейчас. На Ленины, заработанные постоянными пересменками. А вот на какие шиши они собираются строить дом? Спрашивать Дина постыдилась. Может, сумел накопить этот самый хозяйственный Веня, пока вахтовиком работал. Она примерилась и ловко скрутила трубочкой второй блин, на этот раз обмакнув его в сметану.

– А в день убийства ты в какую смену работала? – зачем-то уточнила Дина.

– Во вторник-то? После ночного дежурства отсыпалась. В среду с утра выходила, как раз вернуться успела, перед тем как ты пришла. Вчера у меня выходной был, а сегодня опять в ночь пойду. Так и живем. А во вторник я утром вернулась, сырников Вене нажарила и спать пошла. Ночь беспокойная была, ужас. Тяжелого пациента привезли, так что я, почитай, от него и не отходила. Проснулась часа в четыре только. Голова тяжелая, чумная.

– Можно подумать, ты в своей работе медсестрой никогда трупов не видела, – заметила Дина.

– В больнице все не так, – рассудительно сказала соседка. – Так случается, что люди от болезней умирают. Но убийство – это отвратительно, потому что неестественно.

С этим постулатом Дина была совершенно согласна.

– Ладно, Леночка, – сказала она. – Тебе перед ночным дежурством отдохнуть надо, а я тут тебя забалтываю и блины твои ем. Пойду я, может, Катя уже закончила уборку.