Профессия: ведьма

Но я успела обидеться.

– На месте Старейшин я бы запретила примерному вампиру продолжительные лесные прогулки в компании злокозненной магички, уже не единожды выказавшей свой дурной нрав!

– Ха-ха, запретить Повелителю? – искренне удивившись, рассмеялась Крина. – Как можно запретить летнюю грозу и отменить весенний паводок? Слово Повелителя – закон для всех вампиров, включая Старейшин.

– А не слишком ли слепо вы ему подчиняетесь? Что, если в один прекрасный день Лён прикажет всем бросить дома и свить гнезда на деревьях?

– Вероятно, грядет наводнение, – невозмутимо ответила Крина.

 – Вольха, Лён давно уже не мальчишка. Он управляет Догевой пятьдесят с лишним лет. Конечно, у него есть свои недостатки и причуды, но когда речь заходит о чем-нибудь действительно серьезном, дурашливый Лён преображается в бесстрастного, мудрого и проницательного Повелителя. Нашу надежду и опору. Неудивительно, что Старейшины в колья воспринимают ваши прогулки. Но я-то знаю – а такой замшелой старухе, деточка, ты можешь поверить, – Лён прекрасно разбирается в друзьях и врагах и никогда их не спутает. Так что не обращай внимания на Совет, пусть старички ворчат себе под нос. Поворчат-поворчат и успокоятся.

– Но мне казалось, Старейшины тоже имеют право голоса и активно им пользуются.

– Чушь! Сколь бы напыщенные речи они ни произносили, решающее слово за Лёном. Они могут только

попросить. Он же волен

приказать. Лён воспитанный юноша и охотно уступает Старейшинам в мелочах, но серьезные решения всегда принимает в одиночку.

Как и ответственность за их последствия.

– И что в нем такого особенного? – задумчиво вопросила я кувшин с молоком, стоящий между мной и хозяйкой. – Ну, светловолосый. У нас в Стармине таких семь на дюжину…

Ошеломленная Крина уронила раскаленную сковороду.

– Как, ты еще не знаешь?

– Нет."

"– Тогда тебе стоит прогуляться к Дому Совещаний. Сегодня суббота, Лён обязан провести там весь день. – Опустившись на колени, Крина полотенцем подцепила опрокинутую сковородку.

 – Лучше увидеть

этосвоими глазами.

Она меня заинтриговала. Еще большее любопытство возбудил легкий шум, доносившийся с площади. Там собралась толпа – шумная, бестолковая, пестрая, как в обжорных рядах Старминского привоза. Я еще не видывала такого скопища вампиров. На распродаже они и то вели себя более чинно. Впрочем, присмотревшись, я поняла, что толпа упорядочена в очередь – по несколько человек в ряду. Ряды переругивались друг с другом и между собой.