Потерянная пара альфы (СИ)

Хотя… да. Представляй, как это будет. Страх в глазах меня тоже распаляет. Жаль, не устроить за тобой охоту. Я бы с удовольствием погонял твою волчицу по лесу, а потом взял в истинном обличии оборотней.

Да я бы до последнего вздоха билась. Умерла, но не далась в лапы этого мерзавца и насильника!

Рычит Серебрянка. И я с ней полностью согласна.

Тише, милая, тише.

Стараюсь её успокоить. Сейчас нам раздувать скандал ни к чему. Еще запрут в подвале или какой-нибудь конуре. Тогда выбраться на волю будет несоизмеримо сложнее.

— Веди себя хорошо, Мия, — подойдя вплотную и приподняв пальцами лицо за подбородок, Винс внимательно вглядывается в мои глаза. — Запомни, к окну не подходить. Из комнаты носа не высовывать. Сидеть и не шуметь. Уяснила, милая?

И такая улыбка на губах змеиться, что кажется, еще чуть-чуть и изо рта длинная узкая лента раздвоенного змеиного жала высунется, а не волчий язык.

— Поняла, — выдаю чуть слышно, сглатывая пересохшим горлом, а краем глаза отмечаю две царапины на левой щеке беты.

Значит, задела ногтями, когда била, защищаясь.

Ух, и молодец я!

Приходит первая мысль.

Главное, чтобы в ответ не прилетело.

Догоняет ее вторая.

— Завтра приду, — резко наклонившись и вновь поцеловав, Винс присвистывая выходит из комнаты, а я тут же вытираю рукавом рот.

Нет, мало.

Пойду зубы чистить. Иначе вырвет.

* * *

— Я хочу поговорить, — выдаю без предисловий Райдэну, как только он открывает дверь на мой тихий, но уверенный стук.

— Привет, Мира, — хмыкает улыбающийся от уха до уха альфа и, демонстративно медленно отступив в сторону, позволяет войти.

Вот уж у кого самомнение никогда не хромает и бежит впереди волка. Хотя… ему позволительно.

Ведь он был прав.

Я пришла.

К нему.

Сама.

Как он и предсказывал.

Только причины у меня не такие меркантильные или сексуально озабоченные, как он в своей голове уже нарисовал.

Впрочем, не суть.

Положения дел это всё равно не меняет. Главное, результат. И он полностью совпадает с тем, что говорил Грас.

Сейчас он нужен мне даже больше, чем я ему.

Он же — мой единственный шанс на спасение. Тот, кто может действительно помочь, избавив от участи быть инкубатором. Он — пропуск в новую жизнь. Билет на свободу.

Поэтому не в моих интересах воротить нос или показывать свою гордость, дикость, скромность и пугливость.