После

Глава 93

Видимо, пытаясь сменить тему, Хардин спрашивает:

– Раз у нас теперь свой угол, думаю, ты не захочешь сегодня оставаться в доме моего отца?

Заставляю себя на время забыть разбитое лицо Зеда.

– Правильно думаешь, – улыбаюсь я. – Если Карен не попросит; ты знаешь, я не смогу ей отказать.

После вчерашнего рассказа Хардина волнуюсь из-за встречи с Кеном. Пытаюсь очистить сознание от лишней информации, но это труднее, чем я думала.

– Да, чуть не забыл, – говорит Хардин и тянется к радио. Я удивляюсь, и он сообщает, держа палец на кнопке включения: – Я решил дать Fray еще один шанс.

– В самом деле? И когда ты это решил? – с сомнением спрашиваю я.

– Ну, после нашего первого свидания на реке, но я не открывал CD до прошлой недели, – признается он.

– Это не было свиданием, – капризно поправляю я, и он смеется.

– Я ласкал тебя пальцем. Считаю это свиданием.

Я пытаюсь его стукнуть, но он хватает меня за руку и целует ладонь. Я хихикаю и обнимаю его. Меня заполняют воспоминания о том, как я лежала на его мокрой футболке, а он доводил меня до первого оргазма, и Хардин ухмыляется.

– Было весело, правда?

– Скажи, изменилось твое мнение о Fray?

– На самом деле не так уж плохо. Одна песня меня зацепила.

Еще интереснее!

– Вот как?

– Да… – говорит он и смотрит на дорогу, включая радио.

Салон заполняет музыка, и я сразу улыбаюсь.

– Она называется «Никогда не говори «никогда», – поясняет Хардин, как будто я не знаю свою самую любимую песню.

Мы молча слушаем, и я не могу перестать глупо улыбаться.

Остальную часть пути Хардин переключает песни в альбоме, рассказывая, что думает о каждой. Этот маленький жест значит для меня больше, чем он об этом думает. Я люблю, когда он показывает мне новую свою сторону. И эта сторона – одна из моих любимых.

Хардин подъезжает к дому своего отца. На улице полно автомобилей. Выйдя из машины, чувствую, что меня пронизывает холодный ветер, и дрожу.

– Ну ничего себе, какой ты джентльмен! Кто бы мог подумать? – дразню я.

– Не заставляй меня засунуть тебя обратно в машину и трахнуть, – говорит он, и я выдаю что-то между вздохом и писком, который он находит очень забавным.