После

– Не прикасайся ко мне! Как ты мог? Это низко, Хардин, даже для тебя! – ору я и вырываюсь.

Я снова толкаю его, и, кажется, больно. До сегодняшнего дня я никого не била, но я ненавижу его.

– Если ты побежишь за ним, я покончу с этим, – говорит он, и я испепеляю его взглядом.

– Покончишь? С чем? Трахать мне мозги? Я тебя ненавижу! – Но, не желая больше доставлять ему удовольствие своим отчаянием, я останавливаюсь и стараюсь говорить спокойно: – Ты не можешь покончить с тем, что никогда не начиналось.

Он опускает руки и открывает рот, но так ничего и не произносит.

– Ной! – кричу я, выбегая из комнаты.

Я пробегаю коридор и площадку перед корпусом, догоняю его на парковке. Он ускоряет шаг.

– Ной, пожалуйста, послушай. Прости меня. Я была пьяна. Знаю, это не оправдание, но…

Я тру глаза, и он смягчается.

– Я больше не могу тебя слышать, – говорит Ной.

У него красные глаза. Пытаюсь взять его за руку, но он отстраняется.

– Ной, пожалуйста, прости меня! Пожалуйста, прости! Пожалуйста!

Я не могу потерять его.

Сев в машину, он запускает руку в свои прекрасные волнистые волосы и поворачивается ко мне:"

"– Мне нужно время, Тесса. Сейчас я не знаю, что тебе сказать.

Я вздыхаю, не зная, что ответить. Ему просто нужно время, чтобы с этим примириться, и мы сможем жить как раньше. Ему просто нужно время, повторяю я.

– Я люблю тебя, Тесса, – говорит Ной, неожиданно наклоняется, целует меня в лоб, а потом садится в машину и уезжает.

Глава 37

Возвращаюсь в комнату. Хардин, который сейчас мне просто отвратителен, сидит на моей кровати.

– Я не собираюсь извиняться, – говорит он, когда я прохожу к кровати Стеф. Не хочу сидеть с ним на одной постели.

– Я знаю, – я откидываюсь к стене.

Я не позволю ему больше поймать меня и не жду извинений. Слишком хорошо его знаю. Впрочем, последние события показывают, что я его вообще не знала. Прошлой ночью мне казалось, что он просто мальчик, которого бросил отец, и от этого он ожесточился и теперь не подпускает к себе никого.

– Он должен был узнать, – говорит Хардин.

Я закусываю губу, чтобы остановить набегающие слезы. Я молчу до тех пор, пока не слышу, как он встает и подходит ко мне.

– Уйди, Хардин, – говорю я.