По праву вражды и истинности

— Пока что я не готова об этом рассказывать, — уклончиво ответила. Мы с Лоренсом уже обсуждали это. Пока что еще не ясно, что в итоге станет моей легендой о годах отсутствия, но, чтобы потом не возникло проблем, следовало пока что молчать.

Мы шли по тротуару. Проходили мимо высоких зданий. Я постоянно останавливалась. Рассматривала их.

— Скажи мне, ты ведь не страдала все эти годы? – вопрос Рена заставил меня оторвать взгляд от полностью стеклянных стен и посмотреть на него. Оказалось, что альфа стоял слишком близко ко мне.

Держа ладони в карманах джинсов. Наклоняясь ко мне так, что наши лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга.

— У тебя ужасная привычка слишком сильно приближаться к людям, — я сделала шаг назад. – Ты в курсе, что это моветон? Когда ты вообще успел стать таким любвеобильным?

— Наоборот, — Рен выпрямился. Черт, все же он стал таким огромным. Когда мы виделись в последний раз, он был ниже меня. — Терпеть не могу людей.

— Трудно в это поверить, так как сейчас я вижу, что ты конкретно так нарушаешь границы моего личного пространства.

"

"Я пошла дальше, останавливаясь около торгового центра. Хотела и в нем погулять. Посмотреть на то, что сейчас продают. Что вообще стало модно. Чем интересовались люди в нынешнем времени.

Но, до того, как я успела войти в здание, позвонил Лоренс. Сказал, что состояние отца стабильно, но поскольку он все еще находился в коме, эти слова не могли подарить облегчение.

Еще брат сказал, что подавители были проверены. Они подходят и уже вскоре их доставят из больницы в особняк Олсенов.

Но следовало начинать их пить уже сегодня, так как перед балом должно наступить нужное насыщение препаратом. Иначе подавители могут не сработать.

Я могла бы их принять уже после того, как вернусь домой, но слова Лоренса про насыщенность, взбудоражили, из-за чего я, решила прервать прогулку. Вернуться в особняк и выпить подавители. Во многом я думала, что на этом прогулку можно закончить, но Рен опять потянул меня на улицу.

Мы ходили по улицам и он рассказывал о том, что было изменено и построено.

Рен открывал передо мной двери и когда мы переходили через дорогу, он брал меня за руку. Когда же мы сели на скамейку, чтобы отдохнуть, я заметила, что шнурки на моем кроссовке развязались. Рен сразу же наклонился и завязал их , я даже не успела среагировать.

— Слушай, тебе не кажется, что это уже слишком? – я сдвинула брови на переносице, смотря на то, как этот верзила мне шнурки завязывал.