По праву вражды и истинности

Даже практически отключаясь от усталости, я бы ни за что сейчас не заснула бы. Чувствовала слишком сильную взбудораженность и царапающую взолнованность. Даже постоянно ерзала на диване. То садилась, то вновь ложилась. Перебирала волосы пальцами и все думала о том, получится ли сейчас дозвониться до Лоренса.

— Все. Есть, — судорожно произнесла Ненси, кидая в мою сторону взгляд. – Меня сейчас соединят с Лоренсом."

"Я тут же вновь села, а Ненси включила громкую связь. Гудки, заполнившие гостиную, казалось, длились вечность, но вот они прервались и я услышала:

— Да.

У меня по коже разнеслись мурашки. Это абсолютно точно был голос Лоренса. Хоть он и изменился. Даже такого короткого ответа было более чем достаточно, чтобы это почувствовать. Голос Лоренса стал более тяжелым. Стальным. Без каких-либо эмоций. Словно бы и сам брат изменился. Стал еще более жестким, подавляющим альфой. А мне его еще сильнее обнять захотелось. Прямо до дрожи.

— Здравствуйте, мистер Олсен, — голос Ненси дрогнул, а я приподняла бровь.

Было непривычно слышать от нее такое обращение. Но ведь прошло десять лет и брат теперь был главой города. К нему теперь, наверное, все так обращались.

— Я прошу прощения за то, что беспокою вас, но это очень важно. Меня зовут Ненси Белар. Я была подругой вашей сестры, — по голосу подруги было ясно, что разговаривая с Лоренсом она нервничала.

— Я помню тебя, Белар, — произнес Лоренс. Холодно. От его голоса вообще веяло льдом. – Что случилось?

— Дело в том, что… — Ненси шумно выдохнула и прикусила губу.

Последовало несколько секунд тишины. Почему-то до дрожи тяжелых. Даже почему-то болезненных, после чего Лоренс сказал:

— Слушаю тебя.

— Я не могу рассказать этого по телефону, — Ненси нервно качнула головой. – Но это действительно очень важно. Оно касается того, что произошло десять лет назад. Вы… Вы можете, пожалуйста, вернуться поскорее в город? Я все расскажу вам при личной встрече.

— Что же это такое, что ты мне по телефону не можешь сказать?

Ненси вздрогнула. Я знала Лоренса, как любящего брата, но с другими он мог быть и жестким. Подавляющим. С годами он действительно изменился и это ощущалось. Даже в тот момент, когда Лоренс говорил спокойно, его голос подавлял.

— Я клянусь, что это очень важно, — вновь заверила его Ненси. – Настолько важно, что вы даже себе представить не можете. Но рассказать я смогу только при личной встрече.