Перворожденный

 — Для тебя — остаться одной, стать изгоем общества. Именно поэтому ты так старательно следуешь правилам и пытаешься им соответствовать.

Катрина почувствовала, как кровь прилила к щекам. Да как он смеет! Ее просто хорошо воспитывали, это вовсе не означает, что она зависима от чужого мнения.

Но Катрина не успела высказать свое возмущение его предположением на ее счет, потому что Нэйтан продолжил:

— А для них — потерять свой дар. Силу, которой они упивались. Превратиться в бездарных, которых так презирали.

Негодование по поводу личного оскорбления исчезло, будучи смытым изумлением.

— Это невозможно, — возразила уверенно. — Нельзя лишить человека дара. Ты надел на них антимагические браслеты и потерял ключ? Но рано или поздно можно вскрыть любой замок. Значит, ты оставил им надежду.

Нэйтан улыбнулся так, что у нее по спине побежали мурашки.

— Я поместил антимагические камни не на них, — его голос прозвучал зловеще, — а в них. — Катрина в ужасе сглотнула. — Имея сильный дар целителя, это несложно.

Добрый? Его Лаура назвала добрым?!

Катрина не знала, что сказать. Дар речи куда — то пропал.

Она встала, понимая, что ей необходимо выйти немедленно, подняться наверх и глотнуть свежего воздуха.

— До завтра, — бросил Нэйтан ей вслед.

Остался ли он доволен произведенным на нее эффектом, Катрина не знала.

Не нашла в себе смелости обернуться.

ГЛАВА 12

На следующий день завтрак с его величеством состоялся. К покоям Катрины подоспел Филипп и проводил ее в Малую гостиную, как уже повелось по утрам.

Катрина шла по коридорам в сопровождении слуги в ливрее и в очередной раз гадала, почему при всей его занятости в замке, к ней приставлен именно он. Ему доверяют больше других? Доверие за годы службы — это хорошо, но в таком случае ведь куда безопаснее поручить тайное дело человеку, обладающему даром.

Катрине было очень жаль, что не может забраться в голову Филиппа и найти там ответы на все интересующие вопросы.