Перворожденный

 — Он всегда очень сдержан, а в последние дни вообще едва ли меня замечает.

Вот оно что, Эрик переживает из-за предательства своего Придворного мага, а бедняжка приняла его поведение на свой счет.

Катрине захотелось ее утешить.

— Мы сейчас работаем над одним серьезным делом, — осторожно произнесла она, стараясь не сказать ничего лишнего. — Его величество крайне озабочен его исходом.

В глазах Лауры зажегся огонек надежды.

— Буду очень рада, если вы правы, — откликнулась она. — И надеюсь, что дело разрешится в вашу пользу.

Можно ли ступить на скользкую дорожку и расспросить девушку о Нэйтане?

Колебалась Катрина недолго.

— Вы очень хорошо к нему относитесь, — озвучила свои наблюдения.

Лаура улыбнулась.

— Он мне очень помог, когда я приехала сюда. До этого мы с Эриком не были знакомы лично, то, что брак политический, никто не скрывал.

— Какой он? — Катрина решила задать вопрос прямо.

Сама она никак не могла составить о Нэйтане окончательного мнения. Король больше расспрашивал ее, чем говорил сам. Принцесса вообще наговорила какой — то ерунды.

— Натаниэль? — Лаура задумалась. — Не знаю, мы больше общались обо мне и моих проблемах. Мне кажется, в этом замке его вообще никто хорошо не знает. Разве что Эрик… Знаете, — девушка подняла на нее глаза, будто ища понимания, — все его боятся, а мне кажется, он очень добрый.

Еще бы ей не считать его добрым, если он был единственным, кто с ней возился по приезде. Только Катрина сильно сомневалась, что им руководил врожденный альтруизм, а не приказ короля заняться его невестой, пока тому самому не до нее.

— Я его совсем не знаю, что бы согласиться с вами или опровергнуть, — сказала нейтрально.

— Вот вернется, и познакомитесь. — Казалось, Лаура соткана из оптимизма. — А я похвастаюсь ему, чему вы меня научили. — Очередная лучезарная улыбка.

Вот уж во что Катрина верила еще меньше, чем в скрытую доброту Нэйтана, осознавая, что учитель из нее так себе.

— Обязательно, — выдавила улыбку в ответ.