Перворожденный

Или что информация в Хрониках была бессовестно исковеркана и все было не так. Или… Катрина жаждала чего угодно, что могло бы оправдать Нэйтана, и тогда бы она с чистым сердцем вернулась в подземелье сегодня же.

Лицо короля оставалось абсолютно бесстрастным. Он спокойно кивнул.

— Да, это он.

Катрина побледнела. Конечно же, она знала, но все же…

— Почему он это сделал?

На этот раз Эрик медлил с ответом.

— Я так понял, Нэйт решил показать вам свою жизнь с самого детства, — сказал король наконец.

Катрина опустила глаза. Вот так. Никаких оправданий.

— Это непростая история, — добавил Эрик, помолчав, — все слишком неоднозначно.

— Но в Хрониках пишут правду? — Катрина не желала сдаваться. — Там были женщины и дети?

— Там было полгорода, — подтвердил король. — Даже больше.

И он не казнил его после этого, а еще десять лет держал у себя под боком.

Или это как с Инквизицией — нельзя уничтожить, потому что пригодится?

Катрина поджала губы.

А еще она почувствовала злость. Нэйтан Фостер ушел от правосудия, убив множество невинных людей. На этот раз, если он виновен в заговоре, ему не отвертеться, и она костьми ляжет, но добьется, чтобы приговор был справедливым.

— На этом ваши вопросы закончены? — полушутливо поинтересовался Эрик.

— Да, ваше величество, — подтвердила Катрина, — благодарю.

* * *Несмотря на принятое решение, Катрина не смогла в этот день заставить себя спуститься в подземелье. В конце концов, это Нэйтан заперт в камере, и ее визиты — его единственная связь с внешним миром. Как бы он ни стремился это показать, ему не может быть безразлично, если она больше не придет. А значит, Катрина не помчится к нему сразу на следующий день, после того, как ее выставили вон, отчитав, как девчонку.

Приняв такое решение, Катрина оделась и отправилась на прогулку.

А не упадет ли она замертво, если вообще хотя бы упомянет о подземелье? Клятва на магической свече не шутка.