Перворожденный

Теперь это так называется? Всего лишь недопонимание?

«А мне? Мне ты доверяешь?»

Но эти слова так и не сорвались с ее губ. Нечего спрашивать, он же сказал: ему одному."

"Почему-то стало грустно. Хотя на что она рассчитывала? Они знакомы всего-ничего, и общается Нэйтан с ней не по своему желанию, а по приказу короля.

Катрина не хотела копаться в себе и искать причины, почему ее ранили слова Нэйтана. Встряхнула волосами, наконец опустила руки, которые до сих пор держала скрещенными на груди.

— Что ж, продолжим?

Нэйтан окинул ее внимательным взглядом.

— Ты дрожишь, — заметил то, на что она сама уже не обращала внимания.

Черт, мокрое платье…

Катрина наклонилась, провела ладонью над подолом. От ткани пошел пар, и материал тут же высох, однако остались разводы.

Нэйт задумчиво наблюдал за ее действиями.

— Если мне не изменяет память о размере твоего магического резерва, ты можешь сделать так, что платье станет как новое, и ты даже не устанешь, — высказался он.

Катрина пожала плечом. Могла, но ее с детства приучали к тому, что расход сил на ремонт вещей и одежды — расточительство.

— У меня много платьев, — ответила. — Нет смысла.

Нэйтан продолжал на нее смотреть.

— Тебе во всем нужен смысл, да? — издевательски приподнял бровь.

Катрина промолчала. Спорить дальше и терять время не имело… смысла. Черт.

— Давай продолжим, — предложила миролюбиво.

— Давай, — отозвался Нэйтан таким тоном, будто у него было еще много, что сказать по этому поводу, но, так и быть, он пощадит ее и оставит свое мнение при себе.

Катрина сделала вид, что ничего не заметила.

— Итак, — подытожила, настраиваясь на деловой лад, — ты стал Придворным магом.

— Угу, — подтвердил, теперь рассматривая потолок.

— И переехал в замок?

Нэйт оторвался от созерцания потолка, чтобы подарить ей скептический взгляд.

— Еще чего? Я предпочитал тут не задерживаться, если этого не требовалось по долгу службы.

Лиссана. Конечно же, он жил с ней. И почему Катрину задевает этот факт?

— И какой период времени ты мне покажешь? — спросила, устраиваясь на матрасе и предпочтя не думать о своих нелепых чувствах.

Нэйт прищурился, размышляя. Хотя Катрина была готова поклясться, он знал ответ заранее, и раздумья были изображены для нее персонально.

— Полгода после коронации, — сообщил он.

То есть где-то совсем рядом с побоищем в Элее.

В груди неприятно похолодело: ей и хотелось узнать правду, и было до ужаса страшно.