Отвергнутая жена Дракона, или Всё познаётся в сравнении (СИ)

А если он… мертв?

Кажется, он впечатлил меня настолько, что в глубине душе я начала привязываться к нему…

Потом мысли плавно перетекли к судьбе настоящей Натали, и я решила устроить допрос служанке. Да, той самой с «голосом». Звали ее Фима, и меня она боялась, как огня. По непонятной причине.

Когда служанка принесла принадлежности для водных процедур и сообщила, что сечас мне устроят горячее купание, я остановила ее щебет жестким вопросом:

— Что случилось со мной неделю назад???

Фима застыла и посмотрела на меня глазами насмерть перепуганного кролика.

— Простите, госпожа! Это моя вина! Я не уследила за вами, отвлеклась на кухне, а вы… а вы…

И девушка громко разрыдалась, так ничего не объяснив. Поняв, что на крик сейчас сбегуться другие, я так грозно гаркнула на неё, что Фима вмиг заткнулась и затараторила:

— Вы выпрыгнули из окна, госпожа, а я не уследила! Трава смягчила удар, и вы фактически не пострадали, что было настоящим чудом, но долго не приходили в себя.

И опять рыдание взахлеб.

Быстро оценив ситуацию, я подошла к служанке и аккуратно ее приобняла.

Девушка вздрогнула и перестала кричать, видимо, не поверив тому, что почувствовала.

— Я тебя не обвиняю, — проговорила я мягко, но сдержанно. — Виновны другие, поверь мне. Но после случившегося у меня… проблемы с памятью. Поэтому… лучше расскажи о моих родителях. Я их не помню.

Фима просмотрела на меня с испугом, но уже без слез. Я вернулась в кровать, а она медленно поднялась с колен, промокнула фартуком лицо и, запинаясь, начала рассказывать.

Оказывается, Натали была единственной дочерью разорившихся аристократов рода Монтено.

«Действительно, юная дикарка…» — подумала я с состраданием, представив такую жизнь.

— Но почему её… — начала я, и тут же поправилась, — то есть… прочему меня взяли замуж, если я не нравлюсь ни Уильяму, ни его семье?

Фима громко сглотнула и опустила глаза.