Отомщенный любовник

– Ну, насколько верными были мои предположения? – спросила Элена, как только они оказались наедине."

"Хекс обошла кабинет, останавливаясь, чтобы изучить картины, книги на полках и лампу, сделанную из восточной вазы.

– Ты права. Он убил отчима за то, что тот ублюдок вытворял дома.

– Ты это имела в виду, когда сказала, что он поставил себя в ужасное положение ради матери и сестры?

– Отчасти. Его отчим терроризировал всю семью, особенно Мэдалину. Понимаешь, она думала, что заслужила такое обращение, и, кроме того, отец Рива обращался с ней куда хуже.

– Ривендж в колонии? Он фальсифицировал свою смерть?

Хекс остановилась перед пейзажем и оглянулась через плечо:

– Он бы не хотел, чтобы мы обсуждали это.

– Значит, он жив.

– Да.

– В колонии.

Хекс пожала плечами и продолжила расхаживать по кабинету, ее медленные, легкие шаги ничуть не скрывали природную силу ее тела.

– Если бы он хотел втянуть тебя в это, то поступил бы иначе.

– Ты убила Монтрега, чтобы не дать показаниям всплыть наружу?

– Нет.

– Тогда почему?

– Не твоего ума дело.

– Неверный ответ. – Когда Хекс резко обернулась, Элена распрямила плечи. – Принимая во внимание, кто ты, я прямо сейчас могу пойти к королю и сдать тебя. Поэтому тебе же лучше мне все рассказать.

– Угрожаешь симпату? Осторожно, я кусаюсь.

От ленивой улыбки, сопровождавшей эти слова, сердце Элены дрогнуло от страха, напоминая, что она не привыкла иметь дело с тем, что смотрело на нее из другого конца кабинета, и не только потому, что женщина была симпатом.

Но Элена не отступила.

– Ты не причинишь мне вреда, – сказала она, будучи совершенно в этом убежденной.

– Уверена? – прошипела Хекс, обнажив длинные белые клыки.

– Да… – Элена покачала головой, вспомнив лицо Ривенджа, когда он держал ее кеды.

Ривендж не был хорошим. Ничуть. Но она смотрела ему в глаза и чувствовала его связующий запах и нежные руки на своем теле. А в ЗироСам она видела его боль и слышала напряжение и отчаяние в голосе.