Отмороженный 10.0

— Поэтому она Солнечная? Тот, кто придумал такое название, был похоже тем еще оптимистом, — с недоумением проговорила Мета. — Это еще хуже, чем аномалии. Их хотя бы можно обойти.

В чем-то девушка была права, но, с другой стороны, в отличие от аномалий, плотный туман, нависающий над долиной (по данным «Прошутеров») опасен не был. По крайней мере, не разъедал броню и визоры, а всего лишь создавал проблемы с видимостью и сканерами.

Мы спустились к долине, ориентируясь на камеры Искорки. Картинка, конечно, была не то чтобы четкой.

— Что будем делать? — спросила Мета, которую явно беспокоила перспектива остаться без машины в туманном желе.

— Попробуем проехать, — уверенно сказал я. — Медленно, но верно. Я выйду, проведу.

Выскочил наружу и активировал айсборд, медленно полетев вперед. Как только меня окутал плотный туман, я почувствовал легкое давление на лоб и на виски. Тут же захотелось протереть визор специальной тряпочкой.

Система Ориджа справилась через несколько секунд — давление осталось, но видел я, по крайней мере, четко.

— Ты как? — спросил я у девушки. — Терпимо.

— Если не считать того, что я не вижу ничего, кроме твоей задницы, то да. Терпимо, — ответила Мета, слегка поскрипывая зубами.

— Не самый плохой вид, между прочим, — сказал я и прибавил скорости, обходя выросший впереди лес из огромных полупрозрачных кристаллов.

— Эй! Я же не сказала, что он плохой!

— Тогда не отставай!

Из плюсов — монстрам здесь тоже не нравилось. Из минусов — ценного или полезного здесь вообще ничего не было. А сами кристаллы хоть и применялись в некоторых производствах, но не были каким-то уж незаменимым эксклюзивом.

На пути нам встретился только один транспортник, почти полностью изъеденный крабами-падальщиками.

Проезжая мимо, заглянул в то, что когда-то было кабиной. За рулем сидел клон, в груди которого падальщики устроил себе нечто, похожее на гнездо. Голова дроида была откинута назад, а вместо визора торчали оборванные (а, точнее, обкусанные провода). Руки (то, что от них осталось) до сих пор сжимали руль. Какой-то бедолага-охотник без опознавательных знаков.