Отец подруги. Никто не узнает

Тех денег, что я уже собрала, точно не хватит на съем квартиры, а на подработки я теперь не знаю когда смогу решиться.

Я хватаю свой рюкзак и уже собираюсь выйти из комнаты, но из кухни доносится звон бутылок. Черт! Мама проснулась и прямо сейчас, видимо, ищет среди вчерашних осушенных бутылок хоть пару капель на опохмел.

Ксю это тоже понимает, потому-то и хватает меня за руку, крепко сжимая ладонь. Мы выходим вместе. Я прижимаю к себе сестру и быстро юркаю в коридор в надежде, что мама нас не заметит.

— Ну-ка… Стоять!

— Обувайся, — тихо говорю сестре и тоже быстро запихиваю ноги в туфли.

— Деньги есть? — интересуется мама, остановившись в двери.

— Нет.

— Как это? Вчера шаталась непойми где и денег нет? Ты что там за бесплатно мужиков обслуживаешь.

— Я официантка, мама. И за вчера… не заплатили еще.

— Тоже мне… официантка. Не заливай давай, не поверю все равно.

— Твое право, — пожимаю плечами и, заметив, что Ксю уже обулась, быстро открываю двери, буквально вылетая на лестничный пролет.

Мама бросается следом, но не успевает за нами, так что мы очень быстро сбегаем с колотящимися в унисон сердцами. Сегодня только двадцатое. Те деньги, что мама получает, моя полы в магазине внизу, уже давно пропиты, а потому следующие десять дней она будет кошмарить меня и Ксю. И с переездом снова не сложилось!

— Пока!

Хорошо, что школа находится по пути в университет. Получается очень быстро добраться. Ксю на прощание машет мне своей маленькой ладошкой и убегает в школу, подпрыгивая от радости.

Уж точно куда безопаснее, чем дома, где мать в пьяном угаре может и газ забыть закрыть и собутыльников привезти неадекватных. Второе я уже наблюдала. У меня тогда чуть сердце не остановилось, когда я пришла домой, а там шум и гам, веселые крики и настежь открыта дверь в нашу комнату.

До занятий в университете остается около двадцати минут, так что я захожу в небольшую кофейню рядом и покупаю самый дешевый кофе с молоком. Ночью удалось поспать всего несколько часов.