Отбитая. Том 2

Пока все остальные больные проводили тихий час во сне, двое в палате номер одиннадцать тихо наслаждались ощущением друг друга наяву. Почти не разговаривали, лишь снова пытались почувствовать друг друга и слова были не важны.

Он почти не ощущал ее веса на себе, настолько она исхудала за время, которое сначала была в плену, а потом лежала без сознания. Держа в руках ее точно также как своих детей, он смотрел на неё и не мог насмотреться, она улыбалась и обнимала его за шею.

Вадим всё никак не мог поверить, что ему это не снится.

— Вот ты, Катя, выспалась, всё, больше такой роскоши в ближайший год не будет, — тяжело вздохнул Вадим, целуя ее в лоб.

Через два часа сидения на его руках, в палату зашёл ее лечащий врач. Юморной усатый дядька, который чем-то напоминал Вадиму ее папу.

— О, сидят, они, милуются! Это вам тут не отель пять звёзд, Крымская, давай на койку, смотреть тебя буду! — скомандовал доктор Павлов.

Вадим отнёс ее обратно, бережно положив на простынь. Врач померил ей давление, послушал сердцебиение и осмотрел послеоперационный шрам. Взглянул в её анализы, которые она сдала утром и пришёл к выводу, что всё не так уж плохо.

— Гемоглобин низковат, надо подымать! Диету соблюдаем, пока никакой твёрдой пищи, кишечник не работал три недели, надо разогнаться.

Вадим вышел в коридор за доктором Павловым, и немного забеспокоился.

— Я помню, что обещал, что сразу позвоню, как она придёт в себя, моя смена только началась. Утром ее мать написала, попросила ничего не говорить, хотели сюрприз сделать.

— С ней всё хорошо?

— Да, вполне, как у женщины, пережившей тяжелые роды, которые сама у себя приняла, потом остановка сердца, переливание крови и удаление правого яичника. Дела у неё очень даже неплохо… Недели через две-три заберёте её домой.