Отбитая. Том 2

Катя показала свою руку с обручальными кольцами. Людмила в ступоре осматривала зятя, тому оставалось лишь протянуть ей пакет с подарками, который ему всучила Катя.

— Очень приятно, — процедила сквозь зубы Мила. — Что родная дочь не пригласила родителей на свадьбу.

— Мы хотели быть только вдвоём, у нас была регистрация, — оправдалась Катя. — Свадьбу мы хотели устроить летом. Всех позвать.

В коридор вышел отец Кати с широкой улыбкой на лице, он растопырил руки для объятий.

— Где мой лягушонок? Почему не бежит обниматься? — пробасил он.

— Вадим.

Оба мужчины поздоровались за руку.

— Наш зять, Витенька! — фальшиво улыбнулась Мила. — Я тебе про него говорила, генеральный директор фирмы, где Катя работает. Они поженились перед Новым годом. Если ты об этом знал, я с тобой разведусь.

— О как, замуж выскочила, — улыбнулся её отец. — Ну, вот и хорошо, значит, любовь большая, надо срочно было узаконить.

Виктор крепко сжал в объятиях Катю. Он осторожно отстранился от неё и взглянул на платье в район живота, приподняв брови. Катя нервно улыбнулась, одёрнув подол, еле заметно помотала головой, и схватилась за руку своего Великана. Её отец ничего не сказал, лишь улыбнулся им обоим, похлопав зятя по крепкому плечу.

— Ну, пойдёмте за стол! — хлопнула в ладоши Мила и ушла на кухню.

Виктор остановил Катю и Вадима и встревоженно посмотрел в сторону кухни.

— Доча, у нас кое-кто в гостях, ты только не волнуйся.

— Кто в гостях? Я ведь ее просила, чтобы были только мы! Я же по-нормальному хотела вас познакомить.

Катя округлила глаза и быстрым шагом направилась на кухню.

— Привет, Пятачок, рад тебя видеть, — улыбнулся ей всё тот же блондин-красавчик, каким она его запомнила при последней встрече.

— Пошёл на хер, Косяков! — выпалила Катя, до боли сжимая руку Вадима.

Это было первое фиаско в Новом году — привести мужа в дом родителей, где ещё не выветрился дух бывшего мужа.

Глава 42. Громовы

— Как невежливо, доченька, расставаться надо уметь по-хорошему. То что ты привела в семью нового мужа, не значит, что старый перестал быть нашей семьёй, — назидательно сказала Мила с фальшивой улыбкой на лице. — Садитесь, посидим, по-семейному.