Острые углы (СИ)

Полевой рассмеялся:

— Давай шарики полопаем.

— Поздно, — усмехнулась она.

Назаров примчался первым. Всё в нем бурлило от радости и счастья, он бегал туда-сюда по комнате, всё рассматривал, не зная, кого больше благодарить за такой подарок: Лерку, Лёху или Матюшу.

— Смотри, — наконец он притормозил около Соломатиной и достал из кармана пиджака коробочку с кольцом. — Ей понравится?

Лерка вздернула бровь.

— Так, Юля. Вот сейчас не вздумай всё испортить. В твоих действиях и словах не должно быть никакой двусмысленности.

Вообще никакой!

— Хочу предложение ей сделать.

— О, тогда вопросов нет. А как ты ей это скажешь?

— Алиночка, любовь моя, выходи за меня замуж.

Юлик был так взволнован, что не заметил Леркиной иронии.

— Молодец, — похвалила Лера и переглянулась с Полевым.

— Ничего себе мы с тобой херувимы, — сказал он.

— А то! — усмехнулась она.

Немного позже приехала Алина. В нарядном платье, с красивой укладкой на распущенных волосах она шагнула в открытый портал и восторженно замерла.

— Что это?

— На нас не обращай внимания, мы сегодня просто технический персонал и скоро отчалим, — улыбнулась Лера.

Музыка уже играла, Матюша запел красивую песню, и Юлик пригласил свою девушку на танец.

Лера вышла из дома, отойдя подальше к берегу.

Юлик решил не тянуть и, когда их танец закончился, достал кольцо и, как полагается, рухнул перед Алькой на одно колено.

Дальнейшее Соломатина уже не видела. У нее зазвонил телефон, и она, ответив на звонок, пошла к морю.

Полевой тоже уже не следил, что происходило между двумя в бело-розовой комнате.

Он смотрел на Леру. Она долго с кем-то говорила, стоя к нему спиной. Потом, убрав телефон в карман, тронула рукой воду. Скинула ботинки, закатала брюки до колен и вошла по щиколотку в море.

Лера, как обычно, была одета просто. На ней был черный топ, заправленный в узкие черные брюки — собранный, четко выверенный образ, ничего вызывающего или открыто сексуального, но Полевого потряхивало от одного на нее взгляда. Она всего лишь обнажила икры, крепкие и красивые, и он почувствовал острое желание.

Не просто сексуальное, но мучительное и тягостное — быть с ней, чувствовать ее, прикасаться, целовать, ощущать запах ее кожи. Оно лишило его покоя и даже стало приносить боль…

Лера вдруг обернулась, будто почувствовала, что он на нее смотрит. Полевой не успел отвести взгляд, да и не собирался. Она свой тоже не отвела.

Тогда он сдвинулся с места и подошел к ней.

— Вода холодная.

— Вот и не лезь.