Обручимся? Влюблен без памяти

- Скорую вызови, - строго приказываю, а сама трясусь от паники.

- А что… - подходит ближе, смотрит на разлегшегося Высоцкого с высоты своего роста. – Ты что с ним сделала, а? Хороший же мужик!

- Прибила я твоего Арса, - фыркаю в отчаянии, схватив полотенце и поднеся его под проточную воду. - Головой приложился.

Возвращаюсь к Арсению, протираю умиротворенное лицо мокрой тканью, делаю некое подобие компресса и оставляю на лбу.

- Звони! – шиплю на Ярика, и он наконец-то выуживает из кармана телефон. – Попроси подъехать к чёрному входу.

- Блин, сеструха, ты все ломаешь! Дома кран сорвала, замок заклинила, посуду перебила, а теперь… на работе владельца отеля вырубила, - причитает брат, набирая экстренный номер.

- Помоги на кровать его перетащить, - командую, в то время как сама заведенной юлой ношусь по номеру и открываю все окна настежь.

Морозный воздух врывается в номер, гасит свечи-вонючки, сметает несчастных муравьев, зато немного разбавляет тяжелый дым.

Со стороны ванной доносится знакомое ворчание Арса. Не совсем безнадежен, если умудряется лениво переставлять ноги и приглушенно ругаться, пока Ярик ведет его к постели.

Собираю покрывало и белье, захваченное муравьями, в огромный ком – и брезгливо бросаю в угол. Шустро перестилаю кровать, чувствуя, как вхожу в роль горничной.

Угораздило же!"

"- Друзей своих собери, - указываю брату на большой импровизированный муравейник из шелковых тканей.

- Как это, моих? – возмущенно прикрикивает на меня парень, передавая Высоцкого. Сам бежит к рыжим бойцам. – Сла-авка! Ты чего? Они же тебе верили.

- Я всё объясню… Потом новых тебе куплю, клянусь.

- Товарищи не продаются, - тянет с разочарованием. Достает из кармана шоколадку, разворачивает и кладет ее у стены, чтобы привлечь муравьев. Несколько ходячих зомби медленно стекаются к желанному сахару.

Скривившись, я поворачиваюсь к Арсению, который устало откидывается на матрас. Он вроде бы в сознании, но в то же время будто витает в облаках. Если бы я не знала, что произошло, то подумала бы, что босс просто сонный. Заботливо накрываю его свежей простыней, подкладываю подушку под голову, касаюсь кончиками пальцев холодной шершавой щеки. Отдергиваю руку, будто преступница, застигнутая на горячем.