Нулевая планета

И чем больше рядом с тобой металла, тем больше вероятность, что ракета уйдёт в сторону.

– Поэтому ты за корабль крокодилов ушёл?

– Да. Они щитом прикрылись, а у меня из защиты только броня. Да и с манёвром я не успевал. Пришлось выкручиваться.

– Понятно. Что ещё?

– Из-за невосприятия перегрузок у них слабые манёвры уклонения. Медленно уходят. Но корпуса самих штурмовиков необычные. Наши пушки их еле пробивают. А частью заряды плазмы вообще уходят в сторону.

– Рикошет? – удивился Ефимов.

– Скорее соскальзывание, – подумав, ответил пилот.

 – Такое впечатление, что плазма не прожигает их броню, а, ударившись, уходит в сторону, скользя по изогнутой поверхности. Цели достигают только те выстрелы, которые попали строго перпендикулярно борту корабля.

– Как такое может быть? – задумчиво произнёс Ефимов, пройдясь по залу. – Температура плазменного заряда позволяет ему прожигать любое препятствие от обычного металла до керамлитового покрытия орбитальных крепостей.

– Я не учёный.

Говорю то, что видел сам, – пожал плечами пилот. – Думаю, это из-за внешнего покрытия обшивки их кораблей.

– Значит, пора потрясти за шиворот наших умников, – резюмировал контр-адмирал.

– Так ведь для этого ещё нужно им собранные обломки перекинуть, – удивился пилот. – Пока довезём, пока они разберутся, пока объяснят, что это такое и как с ним бороться… В общем, времени уйдёт вагон. А до того момента мы так и будем пилотов терять.

– Ты можешь предложить что-то другое?

– Даже не знаю, – задумчиво протянул пилот.

 – Может, попробовать перекинуть часть обломков нашим соседям?

– Идея неплохая. Но нам неизвестны их возможности. Хотя кто нам мешает просто поделиться трофеями, а потом сравнить полученные результаты. Что ж, пожалуй, так и поступим, – решительно подвёл итог Ефимов.

Их разговор прервал влетевший в зал вестовой. Подскочив к Ефимову, молодой матросик лихо козырнул и, вытянувшись в струнку, во всё горло гаркнул:

– Ваше превосходительство, генерал крокодилов вызывает вас.

Говорит, что-то срочное.

– Что ж ты так орёшь, труба иерихонская, – проворчал Ефимов, демонстративно ковыряя в ухе. – Иду я."

"Жестом отпустив пилота, контр-адмирал быстрым шагом вышел в коридор и, пройдя в рубку управления, опустился в ложемент связиста. Привычным жестом надев гарнитуру, он кивком головы дал понять связисту, что готов к разговору, и тот, быстро введя код, отступил в сторону.