Никогда тебя не отпущу (СИ)

Сейчас она мене всего походит на девушку, на человека в принципе, скорее на существо, у которого даже с животными нет ничего общего. Сгусток ненависти и безумия.

— Сколько лет я мечтал с тобой поквитаться, — Степан усаживается на стул, на котором до этого сидела его дочь. — Сначала жалел… все ж типа… моя дочь. Потом ты обзавелась «друзьями» и вечно мне проблемы создавала. Еще этот шантаж… жить мне не давала, — скрипит зубами. Потом на меня смотрит. — Виктория, думаешь, мне надо было вас разлучать? Шантажировать Ярослава с Андреем? Нет, — сам же и отвечает на свой вопрос.

 — Я бы с ними иначе поквитался. А их дети… даже ты… дочь Катерины… да мне побоку было, с кем ты и что… — морщится. — Я жить хотел. И жил ведь, пока эта маразматичке не выросла. Приперлась ко мне, какую-то отцовскую любовь требовать, бабки. А оно мне надо? Я знать ее не знал… Ярик ее воспитывал, типа принял, так и все. Мне хватало, что я доил и Ярика и Андрея. По бизнесу они мне помогали, никогда не отказывали. А вот шантаж, те все гнусности, в которые эта, — пренебрежительный взгляд на Дарью, — Меня втянула, только жизнь отравляли. А я хотел кайфовать от жизни, а не воевать. Доить кого надо, и жить припеваючи. Дашка все изгадила, все планы разрушила! И ведь долгие годы управу на нее найти не мог. Сначала не хотел кардинально действовать, а потом… потом… она умудрилась обрасти слишком влиятельной поддержкой. Пришлось играть по их правилам.

— Они тебя размажут! Мокрого места не оставят! Понял! — кричит Дарья.

— Они мне тебя подарили, дорогая дочурка, — скалится Степан.

 — Так что ты полностью в папочкиных руках.

— Не верю! Нет! — орет так, что у меня уши закладывает.

— А мне по барабану, веришь или нет… Я просто сделаю, что считаю нужным. И наконец избавлю мир от тебя, да что там мир, себя освобожу от своей дочурки. Угораздило же Ленку залететь. И кого выродила, — сплевывает себе под ноги.

— Ее уничтожь! Она не должна жить! — орет, впиваясь в меня безумным взглядом. — Она не имеет права на счастье! И Дена прибей! Он тебя предаст! Он ради нее кого угодно сдаст! Ден самая большая гнида, он всем мозги запудрил, всех вокруг пальца водил! Разберись с ними, а потом делай со мной, что хочешь! — глаза жутко вращаются, отравляет воздух черной ненавистью.

На языке даже ощущаю горький привкус.

— Не тебе мне указывать, маразматичка, — довольно кряхтит. — Уже нет. Виктория, — одаривает меня широкой улыбкой, — А я ведь говорил, что надо примыкать к моей команде, не проиграешь.