Нерушимый 7

Учитывая факт, что сотрудники гостиницы к нам более чем лояльны, я предположил, что охранника об этом попросил Тирликас или кто-то из команды Радина, ведь нас ждал банкет в самом крутом ресторане города, и это не распиаренный «Арго», нанизанный на сваи на волнорезе набережной. Называется ресторан, куда мы званы, «Гранд», занимает целый двухэтажный дом в центре набережной, а с третьего открытого яруса открывается шикарный вид на ночной город.

Отстрелявшись на пресс-конференции, я хотел завалиться спать, а не шарахаться по светским раутам.

Но мы теперь люди публичные, и от этого никуда не деться, местный бомонд, вон, на ушах стоит, словно у них не футбольный матч, а Сталин с Черчиллем приехали. Хотя, может, именно поэтому Ялту и выбрали, хотя стадион тут маленький. Знаковая игра. Горского только не хватает.

Я открыл нераспакованный чемодан и почесал в затылке. Черт, а у меня и надеть толком нечего! Разве что вот эта белая рубашка и черные джинсы, что на мне. Впрочем, у остальных, наверное, тоже нет с собой пиджаков и смокингов.

Пообещав себе не смыкать век, я улегся на кровать, рассчитывая немного поваляться и выдвигаться, кога позовут. Только лег — пришло сообщение от Димидко, что у гостиницы ждет автобус. Я надел золотые часы с автографом Горского и спустился на лифте.

Нас ждал самый настоящий туристический даблдекер, только выпущенный заводом «ЛуАЗ». В автобусе уже сидели Микроб в футболке и джинсах, Погосян в костюме и галстуке, словно он на прием в посольство собрался, и белорусы, одетые примерно, как я.

Я уселся отдельно, проверил сообщения, открыл то, что от Дарины:

«Смотрела игру в парке. Ты был крут!»

Вздохнув, я написал ответ:

«Еду на светский раут, организованный Радиным. С большим удовольствием я разделил бы этот вечер с тобой».

Ответ пришел мгновенно: «Как освободишься, набери, я не планирую спать до часу ночи»."

"«Конечно. Как сделаю то, что должен, так сразу».

Когда автобус наполнился, я понял, что никто, кроме Мики, парадно-выходных вещей не брал.

В чем были на пресс-конференции, в том и пришли. Пересчитав нас по головам, Димидко сказал:

— Крепкого не пить. Шампанского — не более трех бокалов. Я буду рядом! Только попробуйте у меня!

Всю дорогу наши радовались и пели песню танкистов, увлеклись и не заметили, как прикатили к ресторану — в автобусе, да прямо на набережную — а поскольку ехал он медленно, то собрал хвост праздно шатающихся болел, которых жестко оттеснили ОМОНовцы со щитами.