Небо в рублях

Меняя на ходу одежду, я неслась за бабой, которая, несмотря на свой пятьдесят второй размер, двигалась легко, словно весила не больше сорока пяти килограммов. Кстати, похоже, тетка не ожидала слежки, за время долгого пути она ни разу не оглянулась и в метро не стала проделывать классический трюк с выскакиванием из вагона в момент захлопывания дверей.

В конце концов наш с ней путь завершился в одном из спальных районов Москвы, около самой обычной кирпичной пятиэтажки. Лифта в здании не имелось. Толстуха исчезла за дверью первого подъезда, я подождала мгновение и ринулась за ней.

Топ, топ, топ… незнакомка поднималась по лестнице, я тихо передвигалась по ступенькам за ней. Зазвенели ключи, лязгнул замок, я вытянула шею и увидела захлопывающуюся дверь. Немедленно я снова расстегнула сумку, вытащила из нее байковый застиранный халат, в котором наша Ирка ходит не один год, и потертые домашние тапки. А через пять минут, облачившись во все это и шаркая шлепанцами, приблизилась к той самой двери, за которой скрылась посетительница кладбища, и позвонила.

В глазке мелькнула тень, потом послышался голос:

– Кто там?

– Откройте, пожалуйста.

– Зачем?

– Я живу под вами, у нас с потолка вода течет.

– У меня сухо.

– Ну, пожалуйста, может, под ванной трубу прорвало…

– Все в порядке.

– Ладно, сейчас пойду в домоуправление, пусть к вам с милицией явятся! – пригрозила я.

Дверь приоткрылась."

"– Экая вы… – воскликнула толстуха. – Зачем сразу ругаться, сами проблему решить можем. Смотрите, если виновата, оплачу вам ремонт.

– Ладно, – пробурчала я.

Мы вошли в ванную, хозяйка присела на корточки.

– Ну, что говорила? Сухо. Пощупайте.

– Сначала сами попробуйте, – слегка визгливо потребовала я.

Хозяйка вытянула руку, обнажилось запястье с родимым пятном и следом от ожога.

– Право слово, – произнесла Милада, – я ни при чем. Наверное, в трубе течь, но какой с меня спрос?

– Верно, – кивнула я.

– Впрочем, могу дать денег, – вздохнула беглянка, – мне недосуг с домоуправом болтать.

– Понятно. А вы не узнаете меня? – тихо спросила я.

– Мы знакомы? – удивилась писательница.

– Да.

– Не припоминаю.

– Вы подписывали мне свою книгу.

– Что? – шарахнулась в сторону Милада. – Ошибаетесь, дорогуша, не торгую литературой, я пенсионерка.

– Не бойтесь, меня прислала к вам Настя, – сбивчиво стала объяснять я, – у вас дома большая беда, а я узнала вас по родимому пятну.

– Какая беда? – дернулась Смолякова. – Настя? Кто такая?

– Не надо изворачиваться, – поморщилась я.