Не кровный Брат

Хорошо, что есть такие парни, как Илья, который доказал мне, что любовь не обязательно несёт страдания.

— Да. Круто, — закивал головой Кирилл. — Оч здорово.

Повисла тишина. Он смотрел на меня, будто искал ещё какой-то повод прицепиться, совсем как раньше. Но, видимо, не находил. Что нас сейчас может связывать? Ничего. Почему он вообще затеял этот разговор? Не думала, что Кириллу есть дело на меня. Куда мне-то, после его Тани.

Замечательно поговорили. Ну, собственно, я уже напилась достаточно, чего с ним тут стоять-то? Сводный брат не самый приятный для меня собеседник.

— Любишь его, такого хорошего и правильного?

Он пристально вгляделся в меня. Почему я замялась? Нужно срочно взять себя в руки.

— Конечно, иначе не выходила бы замуж. Уйди с дороги. Что ты делаешь, идиот?

— Врёшь, Гуффи, — рассмеялся он.

Да что за чёрт! Почему он опять издевается стоит надо мной и играет как кот с мышью?

— Не смей меня так звать, — взметнула вверх подбородок. — Гуффи давно умерла. И не осталось на её могилке ни веночка, ни цветочка. А меня Лиза зовут. Для тебя вообще — Елизавета Сергеевна, ясно?

— Гуффи, Гуффи, Гуффи, — выговаривая каждую букву повторил он несколько раз, глядя с насмешкой в глаза.

Так, ну хватит. Попыталась нырнуть под его руку, и мне это даже удалось, но он цепко схватил меня за запястье, заставив остаться на месте. Серые ледяные глаза впились в меня. Прикосновение его руки будто жгло огнём. Грубое, мужское. Прикосновение Врага. Взгляд Врага. Он не просто держал меня на месте, но и сжимал от души мою несчастную руку так, будто бы я разрушила его жизнь, а не он — мою. Как будто я сделала что-то такое ему, чего мужчина никак не мог простить мне.

Я снова испытала давно забытое чувство страха и паники, как тогда, когда он нашёл мои фотографии. Он был такой же злой и безумный. Что с ним? Я чувствую кожей, как его сейчас колотит от эмоций. Ему же всё равно было на меня все эти два дня.

— Чё тебе надо опять? Отстань.

— Он хороший, просто замечательный, — сказал он таким саркастическим тоном, что стало жутко неприятно. — Я в восхищении и тоже за него замуж захотел.