Наследница долины Туманов

Северяне, вообще, могут просто прийти сюда стройным

маршем и всё. Добить последних представителей княжеской семьи в моём лице и

дело с концами.

Одно было хорошо - Мояла спасётся.

Она на третьем месяце беременности. Князь Хумъяр не оставит утробу, в которой

развивается его чадо. В этом супруг был похож на моего батюшку. И хорошо! Может,

убьют его, где в бегах, по-тихому, а Мояла пристроиться куда. Она ведь вдова и

посему никому не интересна.

А вот я прямая наследница этих земель.

Проклятая Долина Туманов не отпускала своих детей.

Здесь мне и сгинуть, хорошо, если кто похоронит Супруг никогда не станет

обременять себя спасением жены - инвалида. Женщинам нашего рода никогда не

везло с мужчинами. У каждой тяжёлая судьба. Ни одна не смогла вырваться и

найти своё счастье.

И мама, и бабушка умывались слезами, глядя на Туман.

Ни любви, ни тепла, ни нежности.

Сердца мужчин, что брали женщин нашего рода, были холодны и пусты. словно

мёртвые.

- Амэлла, доченька, холодно сегодня, не погода для прогулок, - голос няни оказался

для меня неожиданным.

Я настолько ушла в свои раздумья, что и шагов её шаркающих не слышала.

- Что ты, ия Лунсия, - я постаралась тепло улыбнуться и не выдать, насколько

тяжело у меня на сердце, - сегодня солнечно и ветерок.

Но старушку не проведёшь, она внимательно выцветшими глазами глянула в моё

лицо и нахмурилась. Собранная аккуратная “дулька” седых волос придавала

женщине ещё более строгий вид, и на мгновение я снова почувствовала себя

проказливым шаловливым ребёнком.

- Холод такой стоит, ветрище. Осень уж на пороге, а ей солнечно. Давно ли по носу

ваше княжество сопли не гоняло, - отчитала меня нянечка, да так, что и ответить

нечего.

- Ия Лунсия, не пристало такие вещи говорить в приличном обществе, - как-то

неуклюже попыталась я призвать к порядку женщину, что приучала меня в своё

время к горшку.

Но старушка лишь поморщилась, глядя на плед, прикрывающий мои ноги.

временем ко мне вернулась чувствительность, я ощущала прикосновения, тепло

рук разминаются мышцы, и даже чуть шевелила пальцами. Но рана, полученная в

момент крушения ландо, так и не затянулась. Туман сделал своё дело, оставив во

мне частичку своей мёртвой магии.

В особые дни, когда за окном стеною льёт дождь или завывает вьюга, рана

открывается и начинает кровоточить, доставляя мне сводящую с ума боль.